- Среди высших расслоение огромно, и обуславливается тем, о чем я уже тебе говорил - возрастом. Молодняк, в основном, живет почти как люди. Они ходят на работу, едят ту же пищу, что и мы, лишь изредка употребляя кровь, покупают вещи, даже заводят семьи и друзей, - скептицизм в голосе Кайла подвергал сомнению крепость этих уз, - но, как ты сама понимаешь, ненадолго. Я много думал, зачем они это делают. Ведь внешность не выдала бы их - уж слишком похожа на нашу. Как мне теперь кажется, таким образом - в близком контакте - они изучают до мелочей жизнь своих жертв, совершенствуют охотничьи навыки, учатся «сливаться с пейзажем». Но постепенно потребность в человеческой крови возрастает, равно как и их сила, и они все больше отдаляются от общества, почти всегда предпочитая уединение, и только изредка контактируют с себе подобными.
Я пыталась представить себе эту странную молодость - тайную, многократно повторяющуюся, превосходящую юные годы тех, кому «повезло» стать их временными спутниками и друзьями. Пыталась представить Кристофа неловким, неопытным,...слабым...
И не могла.
- Пройдут столетия, а возможно, и тысячелетия, прежде, чем они достигнут уровня силы тех, кого ты знаешь. А до той поры им предстоит отбирать по сантиметру у своих старших собратьев куски мира для себя.
- И старшие это позволяют?
- Нет, конечно. Но и их бесконечные жизни иногда кончаются: бывает смертельная вражда, как и у людей, да и мы, охотники, вносим посильную лепту, - незнакомая хищная ухмылка вкралась в голос Кайла. - Оставшиеся бреши и заполняют молодые, сражаясь за лучшие куски между собой. Но до настоящих войн не доходит - конкуренция низка.
- Почему?
- Их слишком мало - считанные единицы, едва восполняющие популяцию.
- Не хотят заводить детей?
- Что-то типа того, - я почувствовала нежелание Кайла говорить об этом и поняла, что права, как только он оживленно произнес: - Ты не замерзла? Становиться прохладно, может принести тебе плед?
Улыбнувшись в темноте, я уверила его, что мне не холодно, и спросила о другом:
- Кайл, ты ведь знаешь о ежегодном бале?
- Конечно. А что?
- Мне интересно,... почему я не видела его, когда была в услужении?
Вспоминая ощутимые, хоть и незримые, взгляды прислуги на балу, я понимала, что та охота была частью их искаженной жизни, как публичная казнь в старину - ты смотришь на чужую смерть, осознавая, что в любой момент и сам можешь оказаться на месте приговоренного,...и радуешься, что стоишь среди зрителей. Пока.
Почему я не была среди них?
Я не раз задумывалась об этом, но не решалась спросить у Кристофа. Оберегая его и себя от боли, я почти никогда не говорила о своем первом пребывании в его доме. А он...
- Ты не знала о бале потому,...что я подмешал в твою еду снотворное, и ты проспала до утра, - после долгой паузы тихо ответил Кайл. - Не злись... но я не хотел, чтобы ты видела это. Их традиции ужасны.
...И прекрасны...
Завораживающая грация движений, точность бросков, невыразимая красота спокойных лиц... Резвящиеся тигры, невинные в своих потребностях...
Я, заледеневшая от страха, снова находилась у кромки леса, наблюдая за торжественным приближением победителей, волокущих за собой отвоеванные жертвы...
Но, наряду со страхом, разве не чувствовала я и благоговейного восхищения?...
- Кайл, неужели ты охотишься на тех, кто участвует в...этом?
Их превосходство над человеком делало подобное занятие безумием чистой воды. Я не могла поверить. Но Кайл ответил без тени колебаний:
- Иногда и на них, Диана... И до Кристофа я тоже доберусь.
- Но ты же утверждал, что он - сильнейший, что никто не рискнул бы взяться... - я говорила себе, что просто боюсь за Кайла, только за него, и старалась не слышать животного ужаса, который захлестывал меня при мысли о том, что...у Кайла все получится.
- Я возьмусь, - прозвучал жесткий и уверенный ответ. - У меня с ним личные счеты. Он ответит за боль, причиненную тебе.
Его пальцы нашли мою руку.
- Он больше никогда не сделает тебе больно, Диана. Я даю слово... - и я почувствовала на ладони поцелуй.
И хоть я уже знала, что могу верить его слову,...мне почему-то стало тяжелей.
- Ты... - мой голос прервался неожиданно для меня самой, -...только будь осторожен, ладно? Если с тобой что-нибудь случиться, я...не переживу.
Это была правда. Он вытащил меня с того света, вернул к жизни и дал надежду. Без него обретенное теряло смысл.
- Не бойся, все будет хорошо, - Кайл обнял меня за плечи и стал покачивать, как ребенка, успокаивая вечными словами: - Все будет хорошо...
** ** **
Утром Кайл уехал. При виде его машины, исчезавшей за поворотом, мне стало не по себе.
Но, чем ярче разгорался солнечный день за окном, тем дальше отступало мое беспокойство. И уже после полудня я так расслабилась, что мне захотелось обследовать окрестности.
Кайл совершенно зря так извинялся за дом - он был волшебным.
