– Не переживайте, уважаемая чесса. Я буду самой хорошей девочкой.
– Правильное решение, – холодно отреагировала она, – а теперь возвращайся в замок и будь готова к обряду.
Я не двинулась с места:
– Вы же сами хотели, чтобы я посмотрела на игры. Я пришла, а вы меня гоните обратно?
– Менталист вот-вот прибудет.
– Подождет.
– А твои родители? Они тоже подождут? У них есть на это время?
Я устала от этих бессмысленных игр:
– Ну… – задумчиво посмотрела на Витони и ее сочащуюся ядом суть, – судя по тому, как они бодро резались в карты, времени у них предостаточно. Правда маменька была не слишком на себя похожа, да и отец тоже. Кстати, жирного магистра в клетке не было…но вы ведь и так в курсе? Верно?
Чесса поменялась в лице. И без того холодный взгляд в один миг стал ледяным, хищным, как у зверя, готового выпустить когти.
– Что ты несешь, мерзавка?!
– Правду, которую вы так старательно от меня скрывали.
Наверное, было бы лучше заткнуться и не провоцировать, но я на меня накатило чудовищное равнодушие. Мне вдруг стало плевать, что со мной будет, что эта страшная женщина и те, кто с ней заодно, могли со мной сделать. Мне нечего им противопоставить, а подобострастно преклоняться не имело смысла. Это все равно меня не спасет.
Все-таки зря я родилась Видящей. Очень зря. Это проклятый дар, не приносящий своему владельцу ничего кроме горя и отчаяния.
– Ты ударилась головой?
– Нет. Просто наведалась в темницу в неположенное время и, пока ваша защита набиралась сил, увидела своих «родителей» во всей красе.
– Ты посмела ослушаться меня?!
Я как-то отрешенно, подумала, что мне конец и пожала плечами.
– Посмела. Спасибо, за тот спектакль, который вы для меня разыграли – было очень интересно и познавательно, но со своим менталистом встречайтесь сами, а я, пожалуй, пас.
Она отбросила в сторону ту натянутую учтивость, которую демонстрировала в последние дни и двинулась на меня.
– Ты думаешь, это шутки, девочка? Думаешь, тебя просто так тут развлекали?
– Уверена, что нет, – кивнула я, невольно отступая от разъяренной наставницы.
– Будь моя воля, я бы с тебя шкуру давно спустила за то, что ты посмела обмануть меня в академии и связалась с Саорой. Привязала бы к позорному столбу и порола до тех пор, пока кожа у тебя на спине не превратилась бы в лохмотья. А потом залила бы все это жабьей отравой и слушала, как ты вопишь от боли.
– Вам говорили, что вы очень приятная женщина? – спросила я, продолжая пятиться.
– Мне платят деньги не за приятности, – стальным тоном парировала она, – а чтобы держала под контролем всякое отребье.
Слишком уж яростно сверкали очи чессы Витони, чтобы не воспринимать ее угрозы всерьез. Она с превеликим удовольствием сделает все это – и к столбу привяжет, и выпорет и отравой зальет по самую макушку.
Как бы сильно ни пустило в меня когти холодное равнодушие, к таким испытаниям я была не готова, и уж совсем не хотелось радовать эту гадюку своими истошными криками.
Будто почувствовав мое отчаяние, в дело снова включился Дар.
…Если отойти в самый дальний угол склада, туда, где штабелями были сложены мешки с овсом и пнуть ту подпорку, что едва заметно искрилась, а самой отскочить в сторону, то можно выиграть немного времени.
– Наверняка вам было очень сложно, – с деланным сочувствием продолжила я, отступая к намеченному месту, – Где это видано, чтобы чистильщик, изображал из себя заботливую даму. Как только справлялись в Май-Брохе с ролью наставницы? Там же куда ни плюнь – попадешь в отребье, как вы выражаетесь. Представляю, как вы мучались. Вся такая важная, умная и в няньках…. Кстати, актриса так себе. Посредственная. Я бы даже сказала деревянная. Вы и в академии, не особо на наставницу походили. И сейчас, ваши попытки изобразить заботу и накормить меня каким-то пойлом для покладистости выглядели крайне убого.
Я злила ее намеренно, надеясь, что на эмоциях потеряет бдительность.
– Деревянная говоришь, – по-змеиному улыбнулась она, – а мне показалось, что у меня талант. Или ты думаешь, те двое смертников и магистр из Саоры, это единственные, кто принимал участие в спектакле?
– Конечно, нет. Участвовали все, у кого есть прекрасные голубые камешки. Кстати…красивые сережки.
В ее ушах мерцали гвоздики с круглыми камнями, похожими на осколки неба. Такими ненавязчивыми и нежными, что подошли бы юной прелестнице из глубинки, а не прожжённой наставнице Академии Май-Брох. Такие безобидные на первый взгляд и такие коварные по своей сути.
А еще мне показалось, что я где-то видела их, причем совсем недавно.
– Хм, ты не плохо осведомлена, – ухмыльнулась она, поправляя волосы, так чтобы серьги были лучше видны, – муженек твой поганый постарался?
– Нет. Сама разобралась. Пришлось вломиться в один из кабинетов и вскрыть тайник у окна…но оно того стоило. Теперь мне известно про ваши безделушки.
Серые глаза опасно блеснули:
– Безделушки? – ее губы растянулись в коварной улыбке, – Хочешь, посмотреть, на что эти безделушки способны.
– Нет. Но полагаю, вы все равно это продемонстри…