От этого осознания стало легче. Не просто легче, а по-настоящему легко и спокойно. Правда, Радова хотелось наказать. Взять его за шиворот и ткнуть носом в лужу, как вшивого кота, испортившего ковер. Но это я оставлю на завтра. А сегодня нужно было отдохнуть. Выходные же придуманы для этого?
Но стоило подумать о выходных, как на воде появился необычные свет. Он шел из глубины, то появлялся, то исчезал, потом снова появлялся в другом месте. Сначала я подумала, что под водой работают исследовательские группы. На «Ковчеге» мы часто заходили в воду после заката. Но потом присмотрелась, и поняла, что свет идет из провала. Тут же взяла коммуникатор и сделала несколько снимков. Картинка была не самой лучшей, мои окна находились довольно далеко от воды, но в целом, разобраться было можно и понять, что сектор именно тот.
Я набрала номер Сергея. Но он не ответил. Следом позвонила Лексу, молясь, чтобы он не оказался с женой. Я не знала, есть ли у него жена, или хотя бы девушка, но вторгаться ночью в чужую личную жизнь было неловко. К счастью, Лекс ответил быстро.
- Ты по мне соскучилась? – широко улыбнулся крепыш.
- Лекс, кто под водой в провале?
- Ты о чем?
- Я стою у окна и вижу свет подводных фонарей в районе провала. Вот.
Перевела фокус на окно. Лекс несколько секунд смотрел, а потом выругался.
- Где Сергей? Не знаешь?
- Тут. Спит у меня. Встретимся у берега.
Лекс отключился, а я на ходу натягивала ботинки и пыталась через служебные запросы связаться с Барденом. Но он то ли был недоступен, то ли в нерабочее время беспокоить главнокомандующего - запрещено.
Матерясь про себя, я выскочила на улицу, и побежала к берегу, надеясь, что издалека я просто ошиблась и свет шел из другого сектора. Но я не ошиблась. С Лексом и Сергеем у кромки воды мы оказались одновременно.
- Твою мать! – Выругался Сергей глядя на воду. – Что блядь там происходит?!
- Не знаю. В этом секторе работаем только мы. Других групп быть не должно. Барден на связь не выходит.
Мы с минуту смотрели на игру света. Казалось, что дайверы внутри то опускались, то поднимались, снова опускались.
- Если там кто-то есть, а там кто-то есть, - прошипел Лекс, - их надо доставать. Срочно.
- Пузырей нет. – Сказал Сергей.
- Они могли опуститься на ребре
- Если есть кого доставать. – Сказала я, понимая, что ни один из дайверов в штатном режиме под водой так себя вести не будет. – Вы пили? – Спросила у мужчин, чувствуя легкий запах виски.
- Немного.
- Ладно. Я иду вниз, вы страхуете.
За минуту мы забежали в спасательный домик. Переодеваться времени не было. Схватили аварийные ящики и вернулись к провалу. План был простым: найти и достать. Сергей пытался связаться с медицинской или аварийной службами станции. Но все контакты как будто не работали.
- Тара! – Лекс, стоя по пояс в воде, схватил меня за лицо и сказал. – Если они в неадеквате будут сопротивляться, не трогай! Поняла?! Доставать тела утром будем. Поняла?!
Я кивнула, натянула на лицо маску. Сергей, продолжая пытаться хоть до кого-нибудь дозвониться доставал веревку, а я начала спуск. И замерла метрах на десяти. В провале никого не было. Только музыка звучала в ушах сильнее и четче, и яркие огненные шары плавно кружились под незнакомую мелодию. Словно танцевали лунный вальс.
Беспокойство застало Вишона во время разговора с отцом. В голове появилось желание как можно скорее закончить сеанс связи и куда-то бежать. Сначала эта была просто невнятная тревога, взявшаяся из неоткуда. Потом сформировалась мысль о том, что женщина умирает. Сердце забилось быстрее, на лбу, по кромке белоснежных волос, проступили капельки пота, черные зрачки увеличились.
- Ты в порядке? - спросил Жардар Рамис, увидев, как изменилось лицо сына.
- Все хорошо, – соврал Вишон, давя в груди тревогу весомыми доводами, о том, что это только фантазии и ничего с женщиной случиться не может. – Думаю, нам удастся убедить главнокомандующего дать согласие. А если нет, надавим. Даже у него есть слабости.
- У Бардена нет слабостей сын. Все свои слабости он отрезал вместе с косой.
- У всех есть слабости, отец.
Тревога нарастала, и душить ее становилось все сложнее. Чтобы отец не увидел, как трясутся пальцы от напряжения, и не принял его поведение за слабость, он сцепил пальцы в замок, но неуклюжий жест не остался незамеченным.
- С тобой точно все в порядке?
- Точно. Мы можем спокойно говорить.