- Ты знаешь кто я? – шиплю, отступая назад, скользя пальцами по шершавому кирпичу, пытаясь справиться с парализующим страхом. – Кто мой отец? И что он сделает с тобой, когда найдёт? Ты покойник!Мужчина скалится, он не местный, иначе знал бы, что на дочь Зейда Хегазу нельзя даже смотреть. Отец сотрёт его в порошок, не оставит костей для собак за такое обращение со своей любимой дочерью.- Ты маленькая, испорченная сучка, которую я научу манерам. – Чеканит брюнет, ловя моё запястье двумя пальцами. Я бью его, толкаюсь, кусаюсь, впиваюсь зубами и пытаюсь оторвать мясо. Он лишь смеётся. От его смеха кровь холодеет в жилах. – С чего начнём, Принцесса? Покажешь, что умеешь? Или мне проявить инициативу?
Дорогие читатели!
Эта книга может читаться отдельно :)
Но главная героиня у нас вперые появилась в Карабинере, а герой... пока не буду раскрывать все карты, но думаю, что Вы быстро догадаетесь ;)
- Ты знаешь кто я? – шиплю, отступая назад, скользя пальцами по шершавому кирпичу, пытаясь справиться с парализующим страхом. – Кто мой отец? И что он сделает с тобой, когда найдёт? Ты покойник!
Мужчина скалится, он не местный, иначе знал бы, что на дочь Зейда Хегазу нельзя даже смотреть. Отец сотрёт его в порошок, не оставит костей для собак за такое обращение со своей любимой дочерью.
- Ты маленькая, испорченная сучка, которую я научу манерам. – Чеканит брюнет, ловя моё запястье двумя пальцами. Я бью его, толкаюсь, кусаюсь, впиваюсь зубами и пытаюсь оторвать мясо. Он лишь смеётся. От его смеха кровь холодеет в жилах. – С чего начнём, Принцесса? Покажешь, что умеешь? Или мне проявить инициативу?
ХХХ
Он опорочил моё имя. Сбросил меня с пьедестала королевы, растоптал честь и унизил. Чтобы обелить репутацию семьи мне пришлось выйти замуж за ледяного монстра. Но я не успокоюсь, пока не отомщу ему, не превращу его жизнь в ад.
- Равиль, пожалуйста, не мозоль глаза. Потуси у бара. – Прошу охранника, которого ко мне приставил отец за «хорошее» поведение. Две недели назад мы с Рамолой, моей лучшей подругой, забрели на нудийский пляж и устроили там дискотеку, вызвавшую сильный резонанс в СМИ.
Папа был в бешенстве, это не только поставило пятно на его репутации, но и выставило меня в неблагополучном свете. А я же ДЕВОЧКА. А ДЕВОЧКИ себя так не ведут.
Закатываю глаза каждый раз, когда он так говорит.
Да и папина репутация и без меня чернее ночи, у него хватает своих кровавых пятен. Пусть не делает меня главным источником неприятностей.
Равиль – доверенное лицо отца, молодой мужчина с яркой внешностью. На него засматривалось множество девушек, лакомый кусочек для многих. Странно, что отец выбрал именно его, так сильно доверял парню? Или мне?
- Сеньор Хегазу… - Равиль открывает рот, но я щёлкаю пальцами перед его лицом, чтобы парень замолчал. У меня нет настроения с ним спорить.
- Просил присматривать, а не пялиться на мои сиськи. – Строю многозначительную рожицу, ты же понимаешь, что я могу пожаловаться отцу или брату, что ты лапаешь меня?
Равиль стискивает челюсти. Врать я умела мастерски, придумаю такое, что никто и не догадается, что это выдумка. Ему не удастся доказать обратное.
Ибрагим, мой брат, был ещё совсем юным, но подавал большие надежды. Настоящая гордость семьи, образец для подражания. Родительская гордость.
Машу ему ручкой, не оставляю парню выбора, и бегу с Рамолой на танцпол.
Сегодня лучшая вечеринка в Риме, отсиживаться на скамье я не собиралась.
Для такого вечера я сшила себе платье алого, кровавого цвета, притягивающее внимание окружающих к себе. Мне нравилось создавать нечто уникальное, способное подчеркнут мою фигуру: длинные ноги с острыми коленками и широкие бёдра с выпуклыми ягодицами, тонкую талию и объемную грудь. Мне было чем похвастаться!
Поправляю тонкие тесёмки платья, чтобы вырез сидел правильно и не открывал грудь. Соски, итак, немного топорщились от возбуждения. Я любила вечеринки, обожала тонуть в музыке и наслаждаться вайбом веселья.
Ромола предпочла для сегодняшнего дня длинное платье голубого цвета с открытой спиной, подчеркивающее изящную линию от шеи до копчика. Подруга была очень нежной, хрупкой и броской. Тёмные волосы падали ей на плечи тяжёлыми кудрями. Многие парни отдали бы руку или ногу за перспективу стать её парнем.
- Могу угостить…
- Сгинь. – Отмахиваюсь, даже не взглянув на парня, от ухажёра. Не люблю надоедливых, слабых мужчин. Мне вообще мало кто нравится, противоположный пол мало впечатлял меня. Большинство из мужчин были слабыми бабуинами, способными только играть со своим членом правой рукой. Я же искала кого-то под стать мне.
Поднимаю голову и замираю. Стоило мне подумать о противоположном поле, как я заметила на втором этаже необычного мужчину, не похожего ни на кого из местной публики.
- Кто это? – Спрашиваю подругу, раньше этого красавчика я не видела в Риме. Дико угрюмый со стаканом водки в расстёгнутой рубашке и брюках. Весь в чёрном, прямо как мой отец. Он пил тяжёлый алкоголь лениво и непринуждённо, не смотрел на людей вокруг себя. Окружающие не вызывали у него интереса.
Каждая чёрта его лица была так напряжена, что казалось, что вот-вот треснет идеальный профиль, раскрошится от напряжения, охватившего молодого мужчину.
Физически мужчина был тут, но мысли его витали где-то далеко. Он не замечал музыки, танцев, ничего, даже красоток, что крутились вокруг него, старательно потираясь шикарными формами. Девок, в отличие от мужчины я знала, местная элита – самые красивые телочки Рима.
- Не знаю. – Обычно Рамола знала всех в Италии. За это она мне и нравилась. Иногда я называла её Рамолопедией (от Википедии). – Приезжий. Первый день в Риме. Иначе я бы знала его.
