А теперь Эранор глубоко вдохнул, выдохнул, нервно пожевал нижнюю губу, поврежденную в драке, успокаивая сердце, которое кажется, намеревалось пробить грудную клетку и свалить отсюда, раз хозяин не торопится. Он провёл рукой по волосам, которые уже были полу влажные от морской воды, и зачесал их пальцами назад, открывая лицо.
— Ты же не умеешь плавать? — спросил принц, когда Грейс выпрямилась, поднимаясь на поверхность с плеском, протирая лицо ладонями. На воде она держалась очень хорошо, точно поплавок. Но как бы Эранору ни хотелось сбежать, он просто не посмеет принцессу оставить одну. Мало ли.
— Нет. Я пыталась учиться в купальнях в замке, но выходило скверно. Тут же держаться получается лучше. Это удивительное чувство. Такой необъятный простор… — она говорила и говорила, стараясь сама забить словами то, что в висках стучало, в ушах шумело. Однако удержаться было выше её сил. Сколько ни говори, сердце не подчинялось разуму.
— Эранор! — вдруг Грейс вскрикнула так же резко, как это делал буквально только что принц, — я не забуду то, что ты сказал!
Решительность, которой она так хотела научиться, сейчас вдруг взяла верх. Грейс состроила очень серьёзную мину. Её руки двигались полукругами, на тонких предплечьях бликовали серебряные разводы воды, мокрые волосы липли к шее и плечам. Капельки солёной влаги стекали по щекам и с кончика носа.
— Даже если ты пошутил…
— Да нет же… — Эранор осёкся, понимая, что чуть не перебил Грейс, пытаясь объяснить, что шутки в его словах не было. Даже мокрая, Грейс оставалась такой же симпатичной, дело даже не во внешности. Эранор не видел перед собой пустого человека, это его и привлекало. Хорошо, что он её не перебил, иначе бы не услышал следующие слова. Он знал, что природа его внешностью не обделила, сделав черты симметричными, но после того как появился шрам, всё изменилось. Даже когда Эранор улыбался, шрам придавал его лицу зловещий вид. Если уж говорить об отталкивающих людях, то это скорее принц Фирнена.
— … я хочу помнить это. Но и ты не забывай, что я тоже считаю тебя красивым, — из воды вдруг взметнулась тонкая ладошка и, словно желая коснуться щеки принца, с той стороны, где красовался шрам, замерла. Эранор опустил взгляд на руку Грейс, которая тянулась к его лицу. И тут он даже не понял, чего хочет больше, остановить её, или… В мыслях образовался снежный ком, сбивший весь контроль, который он по крупицам собирал в себе.
Грейс поняла, что позволила себе лишнего по этому взгляду серых глаз, полному паники, но если она отступит сейчас, нырнёт или откажется от своих слов, то выглядеть всё будет ещё более глупо. И, всё же, рука опустилась без всплеска, тихо, исчезла под водой.
— Так что, не нужно стесняться, — словно стараясь сгладить углы, принцесса опустила глаза, туда, где под толщей воды желтел песок, — тебя не портят твои шрамы. И ещё, я хотела спросить, — будто чувствуя, что принц желает сбежать, Грейс изо всех сил удерживала его рядом, — можно, когда мы наедине, звать тебя Эрн?
Буря эмоций внутри сконфуженной принцессы разрасталась. Благодарность ли, радость ли — трудно сказать? Одни чувства накладывались на другие и превращались в пёструю смесь, бьющих по нервам фейерверков. Желание ответить на добрые слова, которые для любой женщины значат так много, перехлестнуло скромность и сдержанность, переливаясь через край, вынуждая говорить снова. Она даже не думала о том, что поимеет с этого, не думала об отдаче. Грейс просто хотелось, чтобы мужчина перед ней улыбнулся и не отводил впредь своих дивных глаз, будто стыдясь сказанного.
Эранор поднял руки из воды, задаваясь внутри вопросом, какого чёрта он делает? Игнорируя голос разума, сердце велело ладоням поймать щёчки Грейс, и буквально заставить взглянуть в его глаза.
Встревоженная руками принца вода мягко толкнула принцессу в грудь. Она подняла взгляд, и тут же её лицо оказалось в плену ладоней Эранора. Грейс остолбенела, замерла, затаила дыхание. Даже руками шевелить перестала, прижав ладошки к груди. Округлив глаза она смотрела на северянина и тоже, видимо, задавалась простым вопросом — что он делает?
Ранее Эранор не позволял себе коснуться Грейс выше запястья, в сейчас спокойно держал её личико во влажном плену своих рук. Пускай пальцы и ладони были жёсткими и грубыми, но держал девушку Эранор крайне нежно, словно боясь причинить дискомфорт.
— Эр…
Словно стараясь опередить друг друга, Эранор и Грейс сталкивались, как волны. Но тут принцесса уступила, поджав соленые от морской воды губы. На её дрожащих ресницах сверкали серебряные капельки, венки на шее пульсировали, а щёки словно обжигали ладони Эранора, хотя никакого румянца на смуглой коже было не видно.
— Грейс, я не шутил, — Этанору хотелось, чтобы на этот раз его услышали и поняли правильно, — ты красивая. Я бы даже сказал, прекрасная. И мне остаётся только жалеть, что наши цели так далеки друг от друга, иначе бы я увёз тебя в Фирнен и сделал бы своей женой без дальнейших колебаний.
