Руслан, видимо тоже не особо боялся лишить меня вечернего оформления, ответил не менее бурно, сжимая в своих объятиях.
— Вечером оставлю на тебе только эти камни, — захрипел он, обрамляя горячим дыханием моё лицо, — а теперь нам всё же стоит притормозить.
Я с неохотой выбралась из его рук. На губах ещё горел наш поцелуй, низ живота уже напрягся, сердце ещё не сбавило ритм. И в очередной раз, я поражалась своей реакцией на этого мужчину. Безумно хотелось послать всё к чёрту, раздеться, прижаться к горячей коже, подставлять губы, под жаркие поцелуи, а тело под наглые руки, и чтобы держал крепко, не отпускал.
25
И вот когда мы удобно устроились на заднее сидение автомобиля, при полном параде, с поправленным макияжем, с серьгами в ушах, и с небольшим разочарованием, но с огромной надеждой на вечернее продолжение, я вспомнила, про его день рождения, который через неделю.
Он как-то невзначай обмолвился, что хотел бы этот день навестить могилу деда, он всегда так делал, уже на протяжении десяти лет, как не стало того. Но уезжать в область, где полное бездорожье, и тем более тащить меня на кладбище Руслан не захотел. Я предложила ему следовать его традиции, я спокойно дождусь его дома. На что он ответил, что теперь у него есть новая традиция, это я.
И поэтому я подумала, может устроить праздничный обед, и пригласить, кого он пожелает, и поэтому и спросила, сколько он планирует позвать человек.
— Никакое, — как-то отстранённо ответил Руслан, — нас с тобой вполне достаточно.
— Но, Руслан, это же твой день рождения! — возмутилась я, таким пренебрежением к самому важному празднику в жизни.
— Да, это мой день рождения, — он повернулся и спокойно взглянул на меня, — и поэтому я хочу его провести, так как хочу. Без шумных застолий, и левых людей.
Я испытывающе посмотрела на него, но не уловила ни нотки фальши, он действительно этого хотел.
— Ну и ладно, — согласилась я, — тогда будешь сидеть в моей мастерской, а я буду тебя писать.
— Ты не перепутала, царица, — усмехнулся он, — это же мой день рождения!
— В честь него, напишу тебя «ню», — рассмеялась я, кинув взгляд в сторону Антона.
У парня на губах заиграла улыбка.
— Я потом куплю эту картину, — выдал он.
— Следи за дорогой, извращенец, — рассмеялся Руслан.
Я тоже развеселилась, пообещав Антону скидку.
— Да, — протянул Руслан, с таким не свойственным ему добродушием, — вы оба полны сюрпризов.
— И всё же, — начала я, когда мы все, отсмеявшись, немного успокоились, — ты действительно не хочешь больше никого видеть?
— А зачем мне ещё кто-то? — Руслан сжал мою ладонь, и поднёс пальцы к своим губам, погладил ими, свои губы, прикрыв глаза, и жарко дыша на их. — Мне нужна только ты Вика.
Сердце моё, в очередной раз затрепетало, забилось. Внутри разлилась тёплая патока, топя меня в нежности.
Я, не отрываясь, смотрела в его тёмные глаза, снова уходя под воду с головой. Наверное, я до конца не верила, что это всё не сон, потому что сколько бы раз он не признавался мне в своих чувствах, сколько бы ни смотрел вот так жарко, ни сжимал меня, я каждый раз спрашивала себя, а правда ли это? То, что сейчас происходит.
В животе дёрнулся малыш, более чем подтверждая реальность происходящего.
Я накрыла живот ладонью, усмиряя маленького буяна.
— Пинается? — спросил Руслан, и тоже переместил большую ладонь ко мне на живот, следуя моему курсу, стал поглаживать.
— Да, что-то расшалился, — поморщилась я, снова чувствуя ощутимый толчок.
— Предвкушает вечеринку, — усмехнулся Руслан.
— Точно, — улыбнулась я в ответ.
Но когда мы приехали, малыш угомонился, затих, и я уверила Руслана, который стал настаивать, чтобы я не торопилась, что время ещё есть, что со мной всё хорошо.
Было видно, что он не особо поверил, но почему-то сдался. Вышел из машины, и через мгновение помог выйти мне. Коротко переговорил о чём-то с Антоном, и повёл меня, к большому зданию, сверкающему металлом и стеклом, куда стекалась разноцветная толпа.
Мы практически сразу окунулись в самую гущу событий, стоило нам только сойти с парковочной дорожки.
Руслана беспрестанно окликали, порой он сам подходил и здоровался с такими же затянутыми в модные костюмы мужчинами. С одними он коротко здоровался, с другими перебрасывался парой фраз, с третьими вел недолгие разговоры.
На меня бросали заинтересованные взгляды, не только мужчины, но их многочисленные спутницы, которые, как и я впрочем, застывали рядом со своими визави, и учтиво улыбались, пока мужчины говорили о делах.
Меня Руслан представил, всего пару раз.
В первый раз, это был пожилой уже мужчина, грузный, с жесткими и крупными чертами лица. Его звали Бесарион Валерьянович.
Он покровительственно похлопал Руслана по плечу, когда тот представил меня как свою женщину, и хитро глянул на меня. Мне он не понравился, но лицо я сдержала.
Потом Руслан мне объяснил, что это, его как бы старший друг, человек, очень больших возможностей. И без дружбы с ним, ему, возможно, было бы очень тяжело.
