Она стала ещё круглее, и ещё красивее. Даже узкое личико, потеряло свои чёткие контуры. И стала ещё краше. Может, конечно, это его чисто субъективное мнение, и скорее всего это так и есть. Но царица была прекрасна, даже на восьмом месяце беременности. Только во взгляде поселилась извечная тревога, и её хотелось прогнать. Стереть, будто и не было.
Она аккуратно погладила его щёку, снова смотря на него этим своим взглядом, от которого у Руслана рвало всё нутро. Потом пальчики её двинулись выше, забрались в отросшие волосы, и аккуратно погладили полоску шрама, оставшегося от удара битой.
Прошло уже почти полтора месяца, и как Антоха не рыл землю, так и не нашёл тех залётных борзот, что тогда преградили им дорогу.
То, что это был заказ, Руслан не сомневался, слишком уж нарочито грубо, действовали ребятки. Огорчало и то, что каким-то чудом они прознали, что Руслан будет сам за рулём, хотя ещё день назад, планировал отправить Антона.
У него, тогда была назначена встреча, а выздоровевшая Вика, с дочерью, решили пройтись по магазинам, и забрать их должен был Тоха. Но в последний момент, всё переигралось, и хотя Вика не особо была в восторге, потому что с Миланой у них налаживались отношения, а он был помехой в этом, потому что дочь царицы, не желала никак его признавать. Но, тем не менее, за ними приехал он, и когда черная бэха, совсем откровенно стала дерзить на дороге, явно подставляясь, Руслан предварительно набрал Тоху, продиктовал ему номер, и пошёл разбираться.
А разбираться-то никто и не стал. Выскочили из машины, пару пацанчиков. Один отвлёк, второй по башке битой заехал, и пока Руслан оседал на асфальт, под крики Вики, стартанули, только их и видели.
Хорошо, что Тоха в это время оставался на линии, и Вика сбивчиво донесла до него, что случилось, и он примчался быстро, как мог, и медиков вызвал тоже он, потому что царица к тому времени, была не в себе.
Черепно-мозговая, со всеми вытекающими последствиями.
Вика гладила его шрам, и смотрела на него, задумчиво и тревожно, как всегда теперь.
— Ну, куда ты спешишь, Руслан? — мягко упрекнула она его. — Никуда не денутся твои тендеры и застройщики. Прошу побереги себя.
— Вика, ну прекращай со мной, как с мальцом, — он небрежно скинул её руки, он же не мальчишка, в конце концов. — Подумай о себе, и прекращай смотреть, словно похоронила меня.
Глаза её полыхнули раздражением. Теперь царица вместо слёз, постоянно злилась. Нет, теперь она тоже ревела, но ещё и проклясть могла. Огонь, в общем.
— Иди тогда на хрен, Ермолов, — предсказуемая вспышка гнева, и слёзы в уголках глаз. Она обижено поджимает губы. — Трудно понять, что я за тебя переживаю? Рвёшься вперёд, когда недавно совсем валялся без памяти…
— Ох же, ты и дерзкая стала царица, — прервал её тираду Руслан, и снова приблизился к ней, склонился, приподнял лицо за подбородок. — Я же блядь, за каждое твоё слово спрошу, учти!
Его большой палец, прошёлся по её нижней губе, размыкая рот, обнажая белые зубки.
— Истосковалась, смотрю по хорошей порке, — прозвучало двусмысленно и порочно.
Глаза Вики заблестели, и дыхание стало прерывистым.
— Я тоже, царица, жду не дождусь этого.
— Долго ждать придётся, — и Руслан мог поклясться, что прозвучало это с сожалением.
— Ничего, тем слаще будет, — пообещал Руслан и склонился ещё ниже, накрывая поцелуем её губы. Она тут же отозвалась, тихо простонала, а его рот, и притянула ближе за шею.
— Я люблю тебя, Вика, — прошептал он, когда немного отстранился.
— Я люблю, тебя, Руслан — ответила она, и на мгновение её глаза смотрели на него по-другому, но уже спустя секунду, в них снова появилось тягостная и тёмная тревога. И Руслан пообещал себе, что сделает что угодно, лишь бы стереть её из взгляда любимой.
43
— Нет, пап, его уже выписали, — отвечаю отцу, в трубку.
Позвонила поздравить с днем рождения, ему сегодня исполнилось пятьдесят три года. Я бы и съездила с удовольствием в гости, но не уверенна, что меня примут, отношения с родителями у меня остаются натянутыми.
С Милашей мы наоборот, опять не разлей вода. Она очень мне помогла морально, когда Руслан попал в больницу, поддерживала, отвлекала и просто была рядом. У неё теперь даже есть своя комната, в нашем доме, потому что она теперь часто гостит у нас. Правда с Русланом ведёт себя холодно, на зато сдержано, за что ей огромное спасибо.
А вот родители.
Папа ещё куда не шло, но мама, никак не может мне простить, того что я ушла из семьи. Для неё Виктор образец мужественности, и порядочности, и то, что я предпочла ему какого-то нерусского бандита, так она выразилась в последнем нашем разговоре о Руслане, когда я позвонила узнать как у неё дела. А по факту, сама хотела пожаловаться, на то, что стала сильно уставать, что плохо сплю, и что в душе у меня поселилась постоянная тревога, но пожаловаться не получилось, получилось выслушать очередную мораль.
