Притяжение смерти полностью

Марти бросил взгляд на куст и, прежде чем уйти, проговорил:

– Надеюсь, я сделал все правильно.

Марти стал постепенно ускорять шаг и у выхода из парка почти бежал. Он дико устал, скорее хотелось попасть домой и отмыться от налипшей грязи. Уже сегодня у него будет болеть спина, руки, ноги, поясница, шея. Он взглянул на свою кисть, высвобожденную из корней, и ужаснулся. Она была вся исполосована кривыми царапинами и кровоточила до сих пор. На месте, куда давили корни, содрана старая кожа вместе с молодой, видно было только окровавленную мышцу. Марти вспомнил про лопату. И каково же было его облегчение, когда он увидел ее в своей правой руке. Кровавые следы не просвечивались под слоем налипшей грязи и остатков травы.

Также, как и по пути в парк, Марти никто не встретился. Свет в окнах нигде не горел, разрывали тьму лишь уличные фонари. Ветер гулял в осенних листьях, где-то лаяла собака, возможно та же, что и по пути Марти в парк. Вот все звуки, которые Марти слышал помимо своих шагов и биения сердца.

Он открыл ворота дома и закрыл их на замок, будто и не уходил никуда, затем сразу же побежал на задний двор, наклонился над ржавым тазом и повернул вентиль с холодной водой. Рядом в накрытой клеенкой куче с инструментами Марти нашел скребок, подставил лопату под воду и стал счищать грязь. Ему показалось, что это длилось целую вечность, а не каких-то десять минут. Марти удалось счистить грязь, а содержимое головы Ричи отмыть с мылом. Все это время он не думал ни о чем. Наверное, это глубокий шок, но так даже было лучше, Марти не вспоминал о Ричи и ночном похождении до самого утра.

Когда работа была закончена, он забросил скребок подальше в кучу инструментов, пошел домой и по пути оставил лопату в гараже. Внезапно Марти как будто прошиб мощный разряд тока. Он вспомнил, что не забрал фонарь из парка. Но тут же его пробило снова, когда он вспомнил, что Ричи уронил его в яму. «Я зарыл его вместе с телом! Черт, отец будет в ярости», – подумал Марти. Но у него больше не осталось сил о чем-либо думать. Он спрятал резиновые сапоги под крыльцо, вошел в дом, повесил куртку отца на прежнее место и направился в комнату.

Родители спали и не заметили отсутствие сына. Марти тихо поднялся в свою комнату, там стянул с себя вещи и, не приняв душ, камнем упал на кровать. Он моментально заснул. Было утро. Начало третьего.

В тот день Марти проспал до обеда, чего раньше за ним никогда не водилось. Ему не снилось ничего, и сам сон пролетел в мгновение щелчка. Еще минуту назад он упал без сил на кровать, как вдруг ему в глаза светило солнце в своем зените.

Его разбудил отец.

– Бессонная ночка? – в шутливой форме обратился он к сыну. Марти что-то пробурчал в ответ, потягивая расслабленные конечности.

– Пойдешь со мной в гараж?

Снова бурчание под нос.

– Ладно, как знаешь. Надумаешь прийти – я у себя. – С этими словами Ройс старший вышел из комнаты сына и прикрыл дверь, оставив небольшую щель.

Марти начал с трудом размыкать слипшиеся веки. Первым делом ему стали возвращаться воспоминания о ночном походе в парк с лопатой. Единая картина никак не хотела выстраиваться. Он помнил, как посреди ночи ушел из дома, отрывками помнил, как шел по улице, затем был парк. А что о в парке? В парке он что-то копал, копал долго и явно неправильно, так как то и дело натыкался на корни. В корнях он что-то нашел, а вернее кого-то.

Он вспомнил фонарь, упавший в яму из фиолетовых пальцев, его последний выпущенный луч перед тем, как затухнуть. Глаза. Один, смотрящий вбок, второй прямо в его глаза. А еще запах – запах сырой земли и тухлого мяса.

Марти залился потом, одеяло прилипло к ногам. Он вспомнил, кого он нашел под тем больным кустом, а затем убил и под ним же закопал. Ричи. Точнее, не совсем он… Он говорил, что больше не может контролировать его. Но о ком он говорил? Марти возложил надежды, что все это лишь сон. Тогда он проснулся окончательно.

Он поднял голову с подушки и застонал от боли. Шея ныла так, будто в нее непрерывно вонзали тысячи мелких иголок. Затем Марти сел на край кровати и почувствовал жгучую боль в пояснице. Это дал о себе знать его сколиоз. Старый добрый, нажитый годами, поясничный сколиоз. В какое бы положение он сегодня ни сел и ни лег – спина неизбежно будет ныть. «Сегодня точно сделаю эти дурацкие упражнения», – подумал Марти.

Кого ты обманываешь? Даже если боли не будут затихать ни на минуту, ты не станешь и искать тот давно забытый комплекс оздоровительных упражнений, – внушал внутренний голос.