В самом конце февраля позвонила мама и довольно обиженным тоном осведомилась, не прибудет ли Катька утром в субботу. Пришлось потратить час на убеждение ребенка проведать бабушку. Убедить не получалось, так что Ирка решилась пойти на встречное преступление: отправила своего пацана до воскресенья к родителям мужа; Катьке тут уже пришлось смириться. Зато мы с Асрян имели в результате такой комбинации целый свободный день.
Полдня мы потратили на бессмысленные походы по магазинам. Купили пару симпатичных платьев для Катерины. Ирка разорилась на какие-то супердорогие французские туфли. Потом страшно нарушили диету в итальянском ресторане и решили посетить нашу бывшую старосту Наташку Пивоварову.
Асрян зависала в социальных сетях и выловила там немало фамилий из прошлого. Вернулись, оставили машину перед домом и вызвали такси.
Завалились мы к Пивоваровой около шести, естественно, с парой бутылок вина. Староста теперь считалась узнаваемой личностью в среде питерских патологоанатомов, что и неудивительно. На кафедре числилась уже почти доцентом, занималась только криминалом. В довершение имела репутацию очень сложно подкупаемой особы. Хотя в редких случаях, когда считала нужным, могла сама пойти навстречу. Кому – следствию, подсудимому или родственникам потерпевших, это она решала сама. По дому болтался племянник, ребенок двоюродной сестры, скончавшейся два года назад от передозировки героина. Своих детей и мужа не обнаружилось. Зато в квартире был хороший ремонт, перед подъездом стоял «БМВ», на рабочем столе валялась груда писанины. Годы сделали Пивоварову мягче. По крайней мере, нам она была искренне рада.
Мы продолжили нарушение диеты, заливая совесть алкоголем, который сильно расслабил. Мы с Асрян то затевали перекрестный допрос, то слушали пивоваровские сбивчивые монологи. Из разговора сделали вывод: староста за годы работы с молчаливыми подчиненными стала добрее относиться к живым.
– Ну, в том, что Ирка преуспеет в своем мозгокопании, никто и не сомневался, но ты-то, Сокольникова, блин, ты ж талант! Эх, вот идиотское государство: врачи уходят, а дураки остаются.
Поскольку тема оказалась для меня не нова, в душе ничего не всколыхнулось.
– Свои собственные стабильные деньги много что компенсируют, Натаха. Так сказать, самостоятельная женщина.
– Не верю, что ты одна.
– Последние пару месяцев точно одна, даже не сомневайся.
– Черт, Асрян, ну если такие конфеты одни, то что мне-то говорить? Вообще никаких шансов. Тем более теперь я вон, девушка с нагрузкой. Пацан все никак в себя прийти не может: то кидается на меня с криками, то плачет на коленях.
– А он что, до последнего с ней жил?
