– Вы рассуждаете так мудро, когда речь идет о мужчинах. Как вы думаете, cможете ли вы когда-нибудь снова попробовать завязать отношения?
– Так уж случилось, что завтра вечером у меня свидание.
– Что? – Харпер так резко выпрямилась, что чуть не расплескала суп. – С кем?
– С одним джентльменом по имени Фрэнк Барри. Полагаю, ты встречалась с ним. – Джони вскинула брови.
– Вы и Злюка Фрэнк? Как это случилось?
– Ну, это было очень давно. Когда мы учились в школе, Фрэнк был влюблен в меня. Мы встречались недолго, но я об этом не забыла.
– Это из-за вас он так и не женился? – открыв рот от удивления, спросила Харпер.
Джони отмахнулась.
– Очень сомневаюсь в этом. Но я с нетерпением жду ужина с ним. Между прочим, это я его пригласила. Я столкнулась с ним сегодня в закусочной, когда заезжала туда за ланчем.
– Рада за вас! Что вы собираетесь надеть?
– Вероятно, что-нибудь теплое, поскольку на улице чертовски холодно.
– Отличная мысль. Знаете, здесь, в Биневеленсе, все только и делают, что сталкиваются со своими прежними возлюбленными. Я не могу оставаться здесь. Люк не в состоянии даже посмотреть на меня без того, чтобы не разгромить все вокруг на глазах у Джорджии Рэй и всего честного народа. А мне, лишь только я взгляну на него, хочется поцеловать, и влепить ему пощечину, и продолжать так до тех пор, пока он не поймет, что ведет себя как идиот.
– Харпер, не стоит поддаваться страху и уезжать из Биневеленса из-за одной неудачной поездки за продуктами.
Взяв бокал, Харпер отпила глоток.
– Я все думаю, если он так реагирует, увидев меня с другим мужчиной, то что почувствую я, когда увижу его с другой женщиной. Мне кажется, я не выдержу. Все к лучшему. Расстояние излечит нас обоих. – Она надеялась на это.
– Я очень хочу, чтобы ты осталась.
– Я тоже. Как вы думаете, сможете ли вы навестить меня, когда я обустроюсь?
– Мне бы очень хотелось. Обещаю, что приеду. Тем более если ты переедешь куда-нибудь в теплые края.
– Я подумаю об этом. Я уезжаю в субботу.
Джони со вздохом положила руку ей на плечо.
– Мне тебя будет очень не хватать, Харпер.
– Мне тоже будет вас не хватать. И не из-за вашей стряпни и вина. Мне кажется, нам нужно пойти и купить пуловер для вашего свидания. Может быть, что-нибудь с глубоким круглым вырезом, чтобы можно было повязать шарфик? Потом, если все пойдет хорошо, вы сможете снять шарфик.
Засмеявшись, Джони подлила им обеим вина.
Люк стоял, прислонившись к полицейской машине Тая. В это морозное утро его согревали гнев и разочарование, вызванные тем, что его не допустили на допрос Гленна, и ледяным взглядом, брошенным в его сторону детективом Реймсон.
Люк пнул ногой потрескавшийся асфальт.
Он должен быть там, а не ждать на гребаной парковке. Люк чувствовал себя бесполезным, что было ему в новинку. Непросто было уступить, позволив кому-то другому контролировать ситуацию. Ту, с которой он хотел справиться сам и по своему усмотрению. Пусть этот ублюдок сделает только шаг в сторону Харпер, это все, что Люку было нужно.
Он всегда брал на себя ответственность, все держал под контролем. На работе, в гвардии. Ему это нравилось. Ответственность была тяжелой ношей, но в противном случае он был бы вынужден стоять и ждать, чтобы кто-то другой сделал за него его работу.
Накануне вечером, покинув полицейский участок, Люк попытался позвонить Харпер. Но в ответ получил лишь эсэмэску с благодарностью за то, что завез продукты и пальто. Потом Харпер не отвечала, и ему пришлось отговаривать себя от того, чтобы поехать к дому Джони и вытащить оттуда Харпер для того, чтобы она поговорила с ним. В конце концов он решил, что лучше будет устранить проблему так, чтобы Харпер ничего не узнала.
Заметив, что Тай и Реймсон выходят из здания, Люк отошел от машины.
– Ну?
– Мы его раскололи, – сказал Тай, хлопая ладонью по капоту.
– Что он сказал? Его послал Перри?
– Ребята, не хотите ли позавтракать и обсудить стратегию? – спросила Реймсон, застегивая молнию на куртке.
По пути к ресторану Люк пытался расспросить Тая.
– Даже не надейся, что я буду ждать, пока мы доедем туда.
– Да-да. Если бы это была Соф, я бы тоже психовал, – вздохнул Тай. – Гленн запел соловьем, как только Реймсон сказала, что он сдохнет в тюрьме, как и его приятель Клайв Перри. Он рассказал, что познакомился с Перри в первую же неделю и, как только тот узнал, что Гленн знаком с Харпер, они стали не разлей вода. Гленн говорит, что это Перри снабдил его мать деньгами, чтобы она заплатила залог, и пообещал еще больше после того, как дело будет сделано. Все, что от него требовалось, это перерезать Харпер горло и перед смертью прошептать ей на ухо имя этого засранца.
Эта картина вспыхнула в сознании Люка. Ему понадобилась секунда, чтобы отогнать ее от себя и отдышаться.
– Гленн клянется, что на самом деле не собирался ее убивать, но он чувствовал себя в долгу перед Перри и хотел поколотить ее. – Тай въехал на парковку у длинного приземистого здания, обещавшего «Только домашнюю еду». – Ты в порядке?
