Люку хотелось стукнуть кулаком по стеклу полицейской машины, представляя, что это лицо Клайва Перри. Хотелось выскочить за дверь и пробежать двадцать миль до дома, чтобы увидеть Харпер, заключить ее в свои объятия и пообещать, что с ней не случится ничего плохого. Она едва не погибла, а его не было рядом, чтобы спасти ее.
На этот раз он будет рядом.
– Я в норме. Пойдем, – сказал Люк, стараясь, чтобы его голос звучал бесстрастно.
Они вылезли из машины и у двери ресторана встретились с Реймсон.
– Что ж, судя по вашему выражению лица, Эдлер рассказал вам то, что нам известно.
– Перри не должен выйти, – выпалил Люк.
– Да-да, крутой парень. Пойдемте внутрь, я голодна. – Реймсон протиснулась вперед и вошла в ресторан.
Они заказали кофе и яичницу у официантки, которой можно было дать лет двенадцать, и обсудили стратегию.
– Для начала неплохо, что Гленн слил его. Он даст показания, чтобы спасти собственную задницу.
– Дело было бы неопровержимым, если бы было признание Перри, – сказала Реймсон, всыпая бесконечную струйку сахара в кофе.
– Он не станет разговаривать с вами, – заметил Люк.
– Да хрен с ним, – сказала Реймсон, глядя на него. – Ведь разъяренный парень попытается сказать ему, чтобы он никогда не приближался к ней?
Люк зловеще ухмыльнулся.
– Потому что он слабый, жалкий старик.
– Точно. – Она усмехнулась. – В конечном счете ты еще, возможно, пригодишься, тупица.
Люк потянул на себя тяжелую металлическую дверь, через которую посетители проходили в тюрьму, и вошел в тесный вестибюль. Охранник за стеклом указал на динамик сбоку от Люка.
Он наклонился вперед.
– Я пришел, чтобы увидеть Клайва Перри. – Он чувствовал себя так, словно покупает билет в кино.
– Оружие, контрабанда? – Охранник показал на плакат, где наряду со всем остальным были перечислены сотовые телефоны и наркотики, и подвинул через окошко над узким столом планшет с зажимом для бумаги.
– Нет.
– Распишитесь. – Охранник разговаривал тем же скучающим голосом, что и семиклассник, спрягающий глаголы.
Накорябав свою подпись на чистой строчке, Люк написал рядом имя Перри. И удивился, что ручка не сломалась в его руке.
– Проходите в эту дверь, через металлодетектор. Стол для посетителей – справа, – сказал охранник, прозванивая Люка.
Женщина за столом для посетителей больше была похожа на бабулю, чем на тюремного охранника.
Ее седеющие светлые волосы с розоватым оттенком были зачесаны назад и собраны в тугой пучок, из которого выбивались кудряшки. Щеки и нос на ее округлом лице были усеяны веснушками.
– Чем я могу вам помочь, голубчик? – В ее протяжном голосе слышались нотки Западной Вирджинии.
– Я здесь для того, чтобы увидеть Клайва Перри.
– Хорошо, пожалуйста, покажите мне ваши водительские права.
Люк передал ей права, и она, прежде чем вернуть, сделала с них копию.
– Отлично, голубчик, идите вперед и займите место, а я пошлю кого-нибудь за мистером Перри. Мы дадим вам поговорить в пустой комнате.
Поблагодарив ее, он занял место лицом к столу и беззвучно забарабанил пальцами по джинсам.
Невзирая ни на что, сегодня все закончится. Конец преследованию и манипуляциям Перри, любой угрозе, которую он представлял для Харпер. Невзирая ни на что.
– Мистер Гаррисон?
Люк подошел к столу.
– Вас проводят в комнату Б. Просто следуйте за Биллом, Перри скоро придет.
– Спасибо. – Люк пошел следом за Биллом, охранником с копной седых волос, весившим, наверное, больше сотни фунтов.
Комната представляла собой грязное помещение размером десять на десять футов с сучковатым столом, пепельницей, которую не вытряхивали по крайней мере неделю, и двумя пластиковыми стульями. Стены были обиты деревянными панелями в стиле семидесятых годов.
Не обращая внимания на стулья, Люк встал в углу, лицом к двери, и стал ждать.
Прошло несколько минут, прежде чем дверь открылась. Это снова был Билл, позади которого шел Перри.
Вероятно, когда-то Клайв Перри был страшен, но благодаря неверному выбору, сделанному им в жизни, он больше не производил такого впечатления и выглядел опустошенным. Рост его был пять футов и одиннадцать дюймов, но из-за узких плеч он казался еще ниже. Седые волосы были аккуратно расчесаны на пробор.
Его лицо было испещрено глубокими морщинами, отчего он казался старше своих шестидесяти двух лет.
В нем не было ничего примечательного. Ничего, что выдавало бы его «психическую нестабильность». Разве что глаза. Бледные, водянисто-голубые глаза. В его взгляде была пустота. Люку приходилось видеть такое прежде, в глазах врага. И однажды в своих глазах, отражавшихся в зеркале.
Поблагодарив Билла, Перри сел за стол. Длинные шишковатые пальцы с желтыми пятнами потянулись за сигаретами.
Закурив, он выдохнул облако синего дыма.
– Чем могу помочь вам, мистер Гаррисон?
«Действуй нагло», – напомнил себе Люк. Наглый, чересчур заботливый бойфренд.
Сев на стул напротив Перри, Люк засунул темные очки за открытый ворот рубашки.
– Ты знаешь, кто я? – спросил Люк.
– Не имею ни малейшего представления. – Слабая, многозначительная улыбка Перри обнажила пожелтевшие от возраста зубы.
