– По правде говоря, я сама еще не знаю. Я уезжаю в субботу, то есть к тому времени у меня, безусловно, созреет план. Я сообщу вам. – Она закусила губу. – Послушайте, если я скажу вам, где я, вы обещаете, что никто не узнает об этом?
– Ты имеешь в виду Люка? – Альдо скрестил руки на груди.
Харпер покачала головой.
– Нет. Просто любого, кто захочет узнать об этом. Например, если вас спросит об этом незнакомец… или что-то в этом роде. – Харпер проговорила эти слова невнятно и сбивчиво.
– У тебя неприятности? – с беспокойством спросила Глория.
– Все в порядке. Просто я хотела лично поговорить с вами обоими. Вы были мне очень хорошими друзьями. Я правда буду скучать по вам. – Голос дрогнул, но Харпер справилась с собой. – Ребята, я очень вас люблю.
Глория снова обняла Харпер.
– Как бы мне хотелось уговорить тебя, чтобы ты осталась.
– А для меня здесь найдется местечко? – Альдо сгреб их обеих в охапку.
– Только пошути насчет секса втроем, и я отшлепаю тебя этой лопаткой, – пригрозила Харпер.
Глория прыснула со смеху.
– Обещай, что не станешь отрекаться от любви.
– Я обещаю, – кивнула Харпер. Возможно, она впервые солгала своей подруге.
* * *
Если попрощаться с Глорией и Альдо было тяжело, то попрощаться с Софи оказалось просто невозможно. Харпер довольно долго не могла остановить ее болтовню, чтобы вставить хотя бы слово.
– Я не знаю, Софи. Караоке? – Харпер вяло помешивала кофе, сидя на кухне Джони. Она не была в баре «У Ремо» с тех пор, как отказалась работать по пятницам. Харпер тогда сказала, что это из-за вечерней работы в офисе, но на самом деле ей не хотелось встречаться лицом к лицу со всем городком.
– О, пожалуйста, Харпер. Неужели ты думаешь, что Люк добровольно заявится на вечеринку караоке? Я беспокоюсь о тебе. Тебе нужно развеяться, немного повеселиться. Ненадолго забыть о том, что произошло.
Как будто это можно забыть, подумала Харпер и криво усмехнулась
– Как тебе вообще удалось выкроить свободный вечер?
Софи пожала плечами.
– Раз в месяц у меня в пятницу выходной. Вот и все. Ты согласна?
Харпер потерла рукой то место на груди, где никогда не исчезала боль. Что ж, пожалуй, это могло бы стать чем-то вроде прощальной вечеринки в городке, который принял ее. Последний вечер в первом городе, где она почувствовала себя как дома. Тогда она все и расскажет Софи.
– Во сколько ты заедешь за мной? – вздохнула Харпер.
Софи заулюлюкала и обвила Харпер руками.
– Ты не пожалеешь об этом, я обещаю! Ты навсегда запомнишь этот вечер.
– Я не забуду ни одного вечера с тобой.
– Тай тоже так говорит. – Софи шевельнула бровью.
– Прошу тебя, не надо шутить о сексе с женщиной, которую ожидает долгое воздержание после… – Как определить то, что было у них с Люком?
– Дорогая, вы оба всегда смотрели друг на друга с такой страстью. Такое просто так не заканчивается. Тем более после временного разрыва.
Почему Харпер казалось, что всем остальным было сложнее махнуть на все рукой, чем ей самой?
– Соф, у нас все кончено.
– Никогда не поверю.
– Ради бога, не могли бы мы поговорить о чем-то другом?
– Как насчет слухов о том, что Фрэнк пришел с утра на работу, насвистывая веселую мелодию, и ни на кого не наорал?
Харпер усмехнулась.
– Что ты говоришь? Джони определенно выглядела оживленной, когда уходила сегодня на работу.
– Как стало известно из надежного источника, вчера их заметили в баре «У Ремо», где они выпивали после ужина и оставались там до самого закрытия.
Харпер захлопала в ладоши.
– Давно пора, черт возьми! Я спросила ее сегодня утром, как все прошло, и она покраснела.
Софи взвизгнула.
– Как я счастлива, когда люди любят друг друга. Мне кажется, в этом году весь городок заразился любовью. Глория и Альдо, Джони, ты и…
– Оставь меня в покое, Софи, или я расскажу Таю, что на самом деле случилось с его любимой кофейной чашкой.
– Предательница.
– Что ты будешь делать, когда Джош подрастет и поймет, что был мамочкиным козлом отпущения?
Софи пожала плечами.
– Вероятно, заведу второго ребенка и буду все сваливать на него.
– Отличный план.
* * *
Харпер позволила Софи уговорить себя надеть облегающий темно-синий пуловер с круглым вырезом и серые брюки.
– Зачем расфуфыриваться, чтобы провести вечер в баре?
Софи закатила глаза.
– Я с Пасхи не наряжалась. Пора кое-что продемонстрировать этому городку… – Она поправила груди. Отвернувшись от зеркала, Софи посмотрела на грудь Харпер. – Если ты продолжишь худеть, то останешься без них.
Харпер скрестила руки на груди.
– Придержите язык, дамочка. Я отлично питаюсь.
Софи фыркнула.
– Да, точно. Просто, чтобы ты знала, сегодня вечером мы будем есть начос и сырные палочки.
– Как скажешь, Соф, – вздохнула Харпер.
К тому времени, когда они пришли в бар, он был забит до отказа, но они нашли свободный столик перед сценой. Была своеобразная логика в том, что история, произошедшая с Харпер, начиналась и заканчивалась в одном и том же месте, это было что-то вроде завершения.
