Люк безразлично смотрел через грязное окно на серые горы, вырисовывавшиеся за пределами базы.
Он нуждался в том, чтобы мысленно, хотя бы ненадолго, перенестись домой, и только Харпер могла это дать. Ему нужно было вспомнить, что за пыльным, знойным жаром пустыни, окрашенной в данный момент алой кровью друга, его ждет жизнь.
Достав ноутбук, Люк открыл электронную почту.
Люк думал, что, отремонтировав машину Харпер, он сделал хороший прощальный подарок. Харпер обошла его. Когда, прибыв в Афганистан, Люк впервые открыл электронную почту, то увидел, что Харпер прислала около тридцати фотографий. Он не знал, когда она сделала многие из них. Там были они вдвоем, с собаками, фотографии семьи и его дома. Она даже добавила несколько снимков его сотрудников. Он открывал эти файлы почти каждый день.
Этой ночью он неторопливо просмотрел каждый из них. Больше всего ему нравилась фотография, выложенная в интернет-газете. Газета опубликовала на первой полосе фотографию Харпер и Линка, выходящих из воды, но в фотоотчете о мероприятии Харпер отыскала снимок, на котором они вдвоем стояли у барной стойки. Люк обнимал ее со спины, прижимая к груди. Его рука лежала на ее животе, а Харпер смотрела на него через плечо. Оба они смеялись.
Люку нравилось выражение ее лица. Глаза Харпер сияли, а щеки были залиты румянцем. Волосы свисали мокрыми прядями, обрамляя ее лицо. Сквозь пряди волос было видно, как она взволнованна, и уголок его губ дернулся от того, что фотографу, к счастью, не удалось запечатлеть его возбужденный член, которым Люк прижимался к ней.
В ту ночь они впервые были близки. В ту ночь он прекратил бороться с собой и сдался.
Оставив снимок открытым, он кликнул на другую фотографию.
На экране появилась самонадеянная улыбка Альдо. Должно быть, Харпер сняла его на телефон. Это был вечер, когда Альдо и Глория пришли к ним на ужин. Альдо возился с грилем, споря о чем-то с Люком. Оба они улыбались. Братья, пусть и не кровные.
Люк захлопнул крышку ноутбука.
Обхватив руками колени, он вонзил пальцы в покрытую засохшей кровью и грязью полевую форму.
Люк закрыл глаза, позволив фанерным стенам комнаты размером восемь на восемь футов сомкнуться над ним.
Глава 28
Миссис Моретта жила в маленьком коттедже на две семьи через три квартала от родителей Люка. Переднее крыльцо было частично скрыто разноцветными горшками с буйно цветущими петуниями.
С балки свисала кормушка для колибри.
Харпер набрала в легкие воздуха и выдохнула. Протянув руку через консоль, Клэр постучала по рулю.
– Ты добрая девочка, Харпер. Давай поможем подруге.
Они дошли лишь до половины аллеи, когда из входной двери внезапно вышла миссис Моретта. Она была в широкополой соломенной шляпе и в одной садовой перчатке. Харпер увидела слезы, текущие по ее щекам.
Клэр поспешила подняться к подруге по ступенькам крыльца.
– О, Айна.
Женщины обнялись.
– Большое спасибо, что пришла, Клэр. Мне только что позвонили. Он жив.
– Слава богу, – сказала Клэр, крепче прижимая Айну к себе.
– Харпер. – Отпустив Клэр, миссис Моретта направилась к ней. – Пойдемте в дом и выпьем.
Они прошли вслед за Айной в уютную кухню с решетчатым окном над раковиной. Миссис Моретта остановилась, пристально глядя во двор.
– Он на операции. Они думают, что он потеряет ногу, но выживет.
Прикрыв рот рукой, Харпер закрыла глаза. Альдо был жив, и это было главное. Извинившись, она тут же отправила Люку письмо со своего телефона.
Когда она вернулась на кухню, миссис Моретта и Клэр тихо разговаривали, сидя за обеденным столом.
– На базе сказали, что меня отправят в Дувр, когда Альдо доставят туда, а потом я полечу с ним в госпиталь Уолтера Рида[7]. Подробности я узнаю, когда его перевезут в Германию. – Вздохнув, она сняла перчатку. – Что бы мы делали без наших мальчиков, Клэр?
– Мы не останемся без них, Айна. – Клэр сжала руку подруги. – Альдо вернется домой и будет точно такой же большой занозой в заднице, какой был всегда.
– Помнишь, когда они были совсем мальчишками и все лето играли у залива?
– Помнишь, как они заночевали в палатке на заднем дворе, а на следующее утро я нашла их свернувшимися калачиком и спящими бок о бок на диване?
– Когда наши мальчуганы превратились в мужчин?
– Они сказали бы, что намного раньше, чем мы это заметили.
Миссис Моретта шмыгнула носом.
– Может быть, попьете чего-нибудь, миссис Моретта? – предложила Харпер. – Чая или воды?
– Харпер, в холодильнике стоит пакет дешевого шардоне. Что, если ты возьмешь три самых больших бокала, которые сможешь найти, и мы выпьем за наших мальчиков?
