— Что ты так вылупилась, а?— Как? — с вызовом бросаю я.— Так, словно в душу залезть пытаешься.Язвительно улыбаюсь.— А у тебя есть душа? И как она выглядит? Чёрная, мрачная... как ты сам?! Дёрнувшись ко мне, хватает за плечи и толкает к стенке.— Тём... — с моих губ испуганно срывается его имя. — Не надо... Что ты делаешь?— Закрой рот! — обрывает он меня. — Я слишком долго был мил и приветлив. И мне полагается бонус. Сейчас узнаешь, какой! * * *Мы учимся в одной школе. И даже больше. Мы одноклассники. Он — чёртов мажор, да ещё и с бонусом в виде брата-близнеца. И они — те ещё мерзавцы!Одному брату я до лампочки. А вот второй решил во что бы то ни стало сделать меня своей. Временно. И так уж сложились обстоятельства, что мы оказались в одной гостинице и даже на одном этаже. На все осенние каникулы. И, похоже, он решил все эти десять дней развлекаться со мной...От автора: История Артёма Соболева - самостоятельная история одного из братьев-мажоров из книги «Прятки».
— Брат, не надо на меня так смотреть! — ухмыляется Тимур.
— Твою-то мать!! Ты же тачку угнал!.. Чёрт! — я в отчаянии всплёскиваю руками.
— Я взял её на время, — не соглашается он. — Сейчас с этой малышкой все заезды выиграем и сразу вернём!
Дерьмо!..
Если Тим решил, то бесполезно даже пытаться напоминать ему о здравом смысле. Иногда (почти всегда) у моего брата его просто нет. Но я всё-таки стараюсь настоять на своём, гневно цедя сквозь зубы:
— Ты знаешь, что с тобой сделает отец?
— Ни-че-го!.. — нараспев протягивает он. — Он ничего мне не сделает, потому что у меня скоро очень важный бой. Он с меня сейчас пылинки сдувает.
— Отлично. А со мной? — скептически смотрю на брата.
Он любимчик отца. Я — нет. Хотя мы практически абсолютно одинаковые, потому что близнецы.
— А тебя со мной вообще не было, — отмахивается Тимур. — Отец мне поверит.
Между спинками передних сидений появляется счастливое лицо Лерки.
— Ну мы едем или нет?! Врубайте музыку на всю катушку, и вперёд!
Чёрт! И она туда же!
Лера такая же безбашенная, как и Тимур. Они оба без тормозов. Она наша троюродная сестра, ей шестнадцать. И её нам навязали на все осенние каникулы. Точнее, не нам, а мне. Ведь Тим, вообще-то, очень занят подготовкой к полуфиналу, а потом, надеюсь, и к финалу.
Брат резко жмёт на газ, и машина дёргается вперёд. Под капотом у камаро столько мощи, что сложно сразу справиться. Тимур возбуждённо улюлюкает и вновь топит педаль в пол. Мы пролетаем несколько метров и останавливаемся.
По-любому разобьёмся...
Заметив мой застывший взгляд, брат пихает меня плечом.
— Да ладно! Я же угораю, Тёмыч!
На этот раз он мягко трогается с места, и мы спокойно едем вперёд. Тим прибавляет громкость на магнитоле. Сначала там звучит какой-то неизвестный трек, но он быстро заканчивается. И салон затапливает песня Pump it группы The Black eyed peas.
Лера верещит от восторга, подняв руки вверх, и начинает дрыгаться в бешеном танце. Тимур прибавляет газу, потому что под такую музыку невозможно не сделать этого.
— Расслабься, брат! — перекрикивает он музыку. — Просто отпусти ситуацию. У нас есть только десять дней, чтобы кайфануть. А потом мы снова вернёмся к гестапо-отцу.
Он прав. Наш папаша чокнутый.
Минут через пятнадцать прибываем к месту проведения гонок. И так как мы в Сочи, тачки здесь самые разнообразные. От ржавых тазов до автокаров стоимостью в двадцать лямов.
Лера восторженно приклеивается к окну. И нет, она глазеет не на тачки, а на их хозяев.
— Даже не думай, систер, — осаживает её Тимур, бросив взгляд в зеркало заднего вида. — Через пару лет — пожалуйста. Можешь раздвигать свои прелестные ножки сколько угодно. Но не сейчас.
Она бьёт его по плечу и фыркает:
— Пошляк!
— Реалист, — поправляет её Тимур. — Все вы, бабы, одинаковые.
Я с ним полностью согласен.
— Ладно, ждите здесь, — Тим открывает дверь, собираясь выйти. — Договорюсь о заезде. А ты, Тём, глаз с неё не спускай, — косится на нашу сестру.
Я не горю желанием быть нянькой... Но и под раздачу отца не жажду попасть. Так что...
— Лер, будешь паинькой — и Тим даст тебе прокатиться, — это я говорю уже после ухода брата.
Лерка хлопает в ладошки.
— Хочу-хочу-хочу!
Ведёт себя как шестилетка, ей богу...
Через лобовое стекло наблюдаю за братом. Он подходит к какому-то пареньку, пожимает ему руку, кивает на камаро. Они оба смотрят на тачку.
Видимо, это организатор. В его руках iPad. Мазнув по экрану, пролистывает что-то вниз. Вместе с Тимуром они зависают над гаджетом. Наверное, организатор вносит его в сетку...
Внезапно мой взгляд ползёт в сторону, и я отвлекаюсь от брата. Мимо него проплывает девчонка. Примерно метр шестьдесят, стройная. Грива светло-русых волос замотана в пучок на макушке. Кожаная куртка поверх летнего топа, джинсы. Туфли на каблуке, делающие её ноги ещё длиннее.
Я распахиваю дверь, выбираюсь из тачки по пояс. Лерка дёргает меня за руку.
— Эй, в чём дело?
— Подожди!
Та девчонка попадает в свет фар. Она с подружкой. Они обе садятся в фольксваген-жук. Подружка за руль, она на пассажирское.
Неужели тоже участвуют?
Я плюхаюсь обратно.
— Тём, что случилось? — изнывает от нетерпения Лерка.
Жук трогается с места, ползёт в нашем направлении.
Мне бы в лицо этой девчонке заглянуть — тогда я буду точно уверен.
Фольксваген на медленной скорости проезжает мимо. Я успеваю увидеть профиль девчонки за рулём и совершенно отчётливо — лицо пассажирки. Светло-зелёные глаза, изогнутые брови, вздёрнутый нос. Тонкая верхняя губа и аппетитно-пухлая нижняя.
Это она!
Что она здесь забыла?
Сестра с заднего сиденья трясёт меня за плечо. Повернувшись к ней, бросаю небрежно:
— Ничего особенного, знакомую девчонку увидел.
Сердце в груди стучит как сумасшедшее, но я не подаю вида.
— Она тоже гонщица? — изумляется Лерка и начинает вертеть головой, пытаясь рассмотреть публику. — У вас что-то было?
Я бубню себе под нос:
— Нет, она меня ненавидит.
Но!.. Раз уж она тоже здесь...
