Он дотрагивается до края трусиков. Сегодня на мне красивые, те, что не успела надеть вчера – белые и кружевные. От одного прикосновения низ живота простреливает током и меня словно скручивает изнутри. Он наклоняется и жутко пошло облизывает мои губы, а пальцами тем временем водит под кружевом. Возбуждение возникает резко и нарастает молниеносно. Ощущения такие острые, что я пугаюсь. Если не притормозить, то второй оргазм я получу, не снимая белья.
– Сыграем в «Правду или действие»? – предлагаю, ерзая.
Гарик наиграно закатывает глаза.
– Бог мой! То ей оргазм подавай, то резко поиграть захотелось. Определитесь уже, девушка!
Он шутит, конечно. Хотя в последнее время моя адекватность действительно подхрамывает. Столько всего сразу произошло, что на поворотах заносит.
– Так будет интересней, обещаю.
Гарик вздыхает, чмокает меня в нос и садится по-турецки. Я сажусь напротив.
– Правда или действие?
– Правда, – выбирает уверенно.
– Какие у тебя эрогенные зоны?
Белецкий морщит лоб:
– Хорошее начало. – Я довольная киваю, мол обещала. Он не долго думает. – Если исключить самый эрогенный орган, то... Спина, руки, губы. Ничего особенного. Теперь ты. Правда или действие?
– Правда.
– Твоя самая смелая сексуальная фантазия?
– Ой, – задумываюсь. Никогда не мечтала о чем-то конкретном. – Я бы хотела попробовать разное.
– Секс втроем?
– Точно нет, – отметаю категорично. – У меня традиционные взгляды. Если говорить о месте, то не так давно мечтала о сексе с тобой на безлюдном берегу океана, прямо в воде и на теплом песке.
– Ладно, принимается. Не готова ты еще к таким вопросам, – усмехается Белецкий. – Давай свой!
Он снова выбирает правду.
– Как тебе нравится заниматься любовью?
– Ты про позы или виды секса?
Блин, я вообще про другое. Думала, он скажет что-то типа «красиво на кровати» или «быстро в машине». Так отвечал герой одного молодежного сериала, в котором я подсмотрела идею поговорить о сексе через игру.
– Можешь все предпочтения озвучить, – разрешаю.
– Если я озвучу, ты сбежишь, – смеется.
Я щурюсь.
– Ты не похож на извращенца.
– Мне нравятся эксперименты, но в рамках разумного. Позы любые, где контроль у меня. Люблю оральный секс, когда устал или мало времени.
Он говорит – я краснею. Очень откровенный разговор получается.
– Принято, – бубню смущенно. – Я выбираю действие.
– Отлично! Потанцуй для меня и разденься, полностью.
Хватаю ртом воздух и выкатываю глаза. Надеялась, что он попросит просто поцелуй. В сериале было так.
– Может массаж? – спрашиваю осторожно. – Спины, рук и губ, – намекаю совсем не прозрачно.
– Нет, Ариненок. Игра есть игра. Танцуй.
Он откидывается на подушки, устраивается поудобней, а у меня во рту пересыхает и мышцы от волнения деревенеют.
Танцевать я люблю и умею, семь лет занималась в школе. Сначала балетом, потом современными. Но стриптиз – это не просто танец, это соблазнение. Не уверена, что у меня получится.
Оглядываюсь. У кресла стоит нетронутое ведерко с шампанским. Лед давно растаял, и бутылка нагрелась, но я готова пить теплое. Мне срочно нужно расслабиться!
Пока ищу в телефоне подходящую музыку, Белецкий откупоривает бутылку.
Первый бокал я выпиваю залпом. Пузырьки неприятно продирают горло, зато эффект чувствуется сразу. Скромность и скованность уступают место легкости и пофигизму.
Я выбираю чувственную композицию из любимого фильма. Когда-то кривлялась под нее перед зеркалом, получалось неплохо.
– Мне одеться в свое или танцевать в твоей футболке? – спрашиваю, делая очередной глоток.
Это уже второй бокал, и если я его допью – не факт, что смогу двигаться в такт музыке.
– Давай уже как есть. Начинай!
Белецкому не терпится. Он напряжен. Черты лица как будто заострились. В глазах совсем не добрые искорки сверкают, там бесовский огонь полыхает.
Его выдержки не хватает и на четверть песни. Против правил я снимаю сначала трусики, и он сразу начинает трогать меня там. Очень скоро мои движения перестают быть похожими на танец. Футболку он с меня сдирает сам.
– Правда или действие? – хриплю, оставаясь абсолютно голой.
– Действие, – шепчет, жадно целуя грудь.
Мы оба дрожим. Дышим по нарастающей.
– Покажи мне, какой секс тебе нравится, – задыхаюсь и карабкаюсь на него сверху.
В следующие два часа жизни я узнаю о своем организме много нового. Получаю не только второй, но и третий оргазм, который на несколько секунд отключает мое сознание. Гарик даже немного пугается.
Мы останавливаемся только потому, что нужно освобождать номер, а вернувшись домой, закрываемся в квартире еще на три дня. Ставим телефоны на беззвучные и практически полностью выпадаем из социума. Игра из сериала становится любимой и очень сближает.
Так начинается мое лучшее лето.
Глава 24. Он самый лучший в мире
