Эддисон почувствовала, что от волнения запылали уши. Они с Ноем сидели на диване так близко друг к другу, что в горле у Эддисон пересохло. «Что я могла наговорить во сне?» – про себя ужаснулась она. Эддисон показалось, что в бреду она могла ляпнуть что-то такое, до чего дошло только подсознание, а сама она еще не успела разобраться в собственных чувствах и эмоциях.
– Так, Смит, дыши, – Ной поднял руки в успокаивающем жесте. – Смерти мне здесь твоей еще не хватало… Я пошутил. Если ты и выдавала какие-то секреты, то они были похоронены в бессмысленном бормотании.
– Ты знаешь, еще никогда в жизни мне не хотелось так сильно убить человека!
– Ой, не ври, ты теперь этой самой жизни наверняка без меня представить не можешь. Приехала в такую глушь! Ради чего?.. – Ной усмехнулся и покачал головой. – После того, как застукал тебя пробирающейся в дом через дверцу для собак, думал, удивить меня будет трудно. Но ты неплохо справляешься.
Эддисон улыбнулась. Ей нравилось разговаривать с Ноем в шутливой форме. Она даже успела привыкнуть к его подколкам и полюбить манеру парня выражать свои мысли. Но Эддисон понимала, что им следовало обсудить произошедшее, поэтому она сказала:
– Я не смогла оттолкнуть его, Ной… Я ведь столько времени любила Лиама. Так что когда он меня поцеловал, я даже не подумала о том, как поступаю с Викторией и… с тобой.
Маска шутливого паренька вмиг испарилась с лица Ноя. Он внимательно смотрел на Эддисон, чуть прищурив глаза.
– Прости… мне очень жаль, что ты видел это. И прости за то, что разочаровала. Я знаю, глупо оправдываться, дело ведь сделано. – Эддисон тяжело вздохнула и посмотрела на свои пальцы. – Просто хочу, чтобы ты знал, что я сожалею.
– Можно я кое-что спрошу?
Эддисон кивнула.
– На той вечеринке, когда ты набросилась на меня, это ведь был твой первый поцелуй?
– Почему ты?.. – Эддисон почти закипела, но вовремя взяла себя в руки. – Да, первый.
– Я так и думал, – кивнул Ной. – Ты как монашка, Смит. Такая целомудренная, не испорченная… Но тебя не должно волновать мое мнение на счет поцелуя со Здоровяком. И уж точно не нужно извиняться передо мной. Претензии есть только к нему. Он, в отличие от тебя, состоит в реальных отношениях. С моей сестрой.
Эддисон отвернулась и задумалась. Ей почему-то стало только больнее от слов Ноя, а не легче, как она того ожидала. Расшатанные, словно молочные зубы ребенка, эмоции не давали нужного ей в данную минуту хладнокровия и рациональности. Эддисон спросила:
– Если ты так рассуждаешь… значит, тебе действительно все равно, с кем ты? Будь это Лори, Хэлли или кто бы то ни был еще?
Повисла неловкая пауза. Ной молчал, а Эддисон не могла осмелиться на него посмотреть. Монотонный шум генератора был единственным звуком в этой угнетающей тишине.
– Мне, скорее, лучше одному, Смит, – наконец ответил Ной. – В таком случае не нужно оправдывать чьи-то ожидания… Поэтому это Лори, Хэлли или кто бы то ни был еще.
Ной встал, почесал затылок и, быстро скользнув взглядом по угрюмой Эддисон, засеменил куда-то вглубь сарая. Вернулся он с двумя кружками в руках и термосом. Ной разлил чай и предложил его Эддисон.
– Спасибо, не нужно. Я, наверное, домой пойду… Интересно, сколько мы спали?
– Достаточно долго, чтобы стемнело. И даже если я изменю своим принципам никого не катать на байке, то все равно довольно опасно ехать сейчас.
– На что ты намекаешь? – нахмурилась Эддисон.
– На то, что эту ночь тебе придется провести со мной, Смит.
– Мам, я не знаю, как так вышло, но до завтра я в западне. Ной утром отвезет меня сразу в школу. – Эддисон бросила на Ноя нервный взгляд, отвернулась и зашипела как можно тише: – Я знаю, как пользоваться презервативами! Но поверь они нам не понадобятся… Боже! Все, пока, завтра наберу.
– Эмма в ярости? – улыбнулся Ной.
– Эмма?
– Что? Она сама просила меня так ее называть.
– Не сомневаюсь, – хмыкнула Эддисон. – Просто раньше такая роскошь была позволительна только Лиаму. Как ты смог ее обаять за каких-то пару встреч?
– Ты серьезно? – натурально удивился Ной. – Помимо шикарных волос и невероятной глубины глаз, я еще очень горяч, если ты не заметила. Мамочки от меня в восторге.
– Ага… и многих ты соблазнил?
– Тебе лучше не знать, Смит, – хохотнул Ной. – Итак, мы выспались, а ночь долгая… Чем займемся?
Ной смотрел на Эддисон так, будто мартовский кот пытался завлечь самку. Да и томный голос кристально ясно давал понять о его намерении пофлиртовать. Вот только если раньше Эддисон ненароком думала, что иногда Ной ревнует ее или заигрывает, то после всех откровений поняла, что это совсем не так.
– Если честно, сейчас я готова съесть мамонта. У тебя найдется что-нибудь пожевать?
– Обижаешь! Я неплохо затарился полуфабрикатами, – Ной прошел на импровизированную кухню, где стояла необходимая утварь и старенькая техника, открыл холодильник и начал перечислять. – Есть охотничьи сосиски, баварские колбаски, несколько замаринованных стейков и… пара рыбных консерв. Но это для кошки.
– Кошки?
