Сашка моего возвращения даже не замечает, продолжая играть в приставку. Опустившись в кресло, задумчиво за ним наблюдаю. Будь я смелей, уже давно бы признала, что держусь за него по привычке. Чтобы не быть одной. Я же так и не научилась жить самостоятельно… Для того, чтобы чувствовать себя в безопасности, мне надо, чтобы кто-то непременно маячил у меня перед глазами.
– Ох ты ж черт! Напугала, – испуганно дергается он.
– Привет.
– Привет. А чего ты сидишь в темноте?
– Да что-то устала. Лень шевелиться, – улыбаюсь тепло. Сашка выглядит таким взъерошенным и родным, что в груди щемит.
– М-м-м. Хочешь, я разогрею лазанью?
– Хочу. И вина плеснешь? Я быстренько приму душ.
– Или ванну? Я прям туда принесу бокалы.
Хм… Отличная прелюдия известно к чему. Мне не хочется. Но сколько уже я его динамлю?
– Хорошая идея, малыш.
Он начинает прямо там. И вроде все как мне нужно делает, я даже испытываю какой-никакой оргазм, что, согласитесь, в такой неудобной позе довольно сложно, но… Почему-то от этого всего мне только хуже. Не представляю, что со мной не так. До утра пялюсь в потолок. А ближе к звонку будильника сдаюсь и бронирую билеты. Сашке о своей поездке сообщаю, когда мы с ним чистим зубы в ванной.
– Ты серьезно?
– А что? У отца юбилей.
– Об этом я помню. Странно, что ты не предложила мне поехать вместе.
– А смысл? Я же знаю, что ты сейчас не вырвешься.
Ким не хватает звезд с неба. И чтобы конкурировать на здешнем рынке труда, ему приходится выкладываться на полную. Я не вижу в этом ничего плохого, но Сашка, понятное дело, загоняется, что я гораздо быстрей продвигаюсь вверх по карьерной лестнице.
– Я бы мог что-то придумать.
– Ну, скажи, если придумаешь. Закажем тебе билеты…
Но понятное дело, до этого не доходит. И лечу я одна. Дорога изматывает сильней, чем я могла бы предположить. Выхожу из аэропорта, как зомби. И речи нет, чтобы ехать в таком виде в отцовский дом. Я же на коне вообще-то вернулась, а так и не скажешь.
Бронирую номер в гостинице. В такси поначалу еще пытаюсь вертеть головой по сторонам в попытке разглядеть произошедшие за время моего отсутствия перемены, но буквально через пару минут отрубаюсь. Расталкивает меня водитель уже у гостиницы. Быстрое оформление, душ, сообщение Сашке, что добралась, и, наконец, сон…
А уже утром мне приходит на ум идея сделать отцу сюрприз. Поэтому я выведываю, когда он будет дома, и без предупреждения еду туда. Немного нервничаю. В конце концов, у меня на эту поездку большие планы. Мне так хочется в душе покоя – не передать. То и дело кошусь на себя в зеркало заднего вида. Выгляжу я отлично. Легкий, незаметный практически макияж, отросшие волосы лежат на плечах пшеничными волнами. Наряд такой, что никто не скажет, будто я специально наряжалась. Но джинсы отлично подчеркивают длину ног, кремового цвета рубашка вносит в образ расслабленность, а массивные золотые серьги добавляют шика. Вот бы еще сердце не так сильно колотилось…
У ворот медлю. Без особой надежды на то, что он не изменился, ввожу код, но калитка вдруг открывается. Набрав полные легкие воздуха, захожу, и тут, откуда ни возьмись, на ведущую к дому дорожку выбегает огромная псина. И оскаливается. Скованная ужасом, я замираю. Время замедляется до предела. Все будто в слоу мо. Прыжок. Еще один. До меня осталась какая-то пара метров, когда…
– Джек! Ко мне…
Я приваливаюсь к стене, услышав до боли знакомый голос. Не отца. Нет… Голос, который я меньше всего готова сейчас услышать.
– Вы как сюда попали? Он же мог вас и сожрать… – продолжает Мат, удерживая Джека за ошейник. И следом, приглядевшись, недоверчиво замечает: – Аня?
– Привет, – вяло машу рукой.
– Привет! Ты каким ветром тут?
Скрывая собственную жадность, всматриваюсь в его лицо. Годы точно идут Матиасу на пользу. Июнь, а он уже загорел. И веснушки покрыли его предплечья… Что-то дергается в душе. Мучительно. Смотрю в его широко распахнутые глаза, и никак не могу взять себя в руки. Не могу вспомнить тысячу раз отрепетированные слова и шутки, которым полагалось продемонстрировать, что мне до нашего прошлого давно нет дела.
– Мат, милый, ты где? Все нормально?
На дорожке показывается холеная рыжуля, и я, наконец, выхожу из ступора.
– Прилетела на самолете, – дурашливо кланяюсь. – Хотела сделать отцу сюрприз. Он говорил, что завел щенка, но я не думала, что он такой…
– Свирепый? – включается в диалог незнакомка, обнимая Мата за пояс. – Джек натаскан охранять дом.
– Джек? – с будто приклеенной к губам улыбкой переспрашиваю я у Матиаса. – У вас закончились дурацкие клички?
– Это имя дали заводчики, – отчего-то хмурится тот, шаря по моему лицу странным взглядом. А! Он же не видел меня после операции. Ну, смотри. Мне стесняться нечего. Хотя объективно до рыжули мне далеко.
– Представишь свою девушку?
– Невесту, – чуть с вызовом улыбается та.
– Тогда тем более. Я – Аня.
– Марианна. Но что мы тут стоим? Нас уже наверняка потеряли.
