Куда-то провезли Терренса, одетого в ливрею конюха, причем провезли не просто так, а в большой золоченой клетке. Возле дороги стояла Амелия в подвенечном платье, окруженная толпой ученых мужей, быстро и громко тараторящих на разных языках. Амелия указала рукой на клетку и сказала:
— Да-да, это мой муж. Не правда ли, прекрасный экземпляр?
Терренс метался в клетке и кричал:
— Мы никогда не встретимся больше с тобой, Изабель! Никогда! Никогда!
Изабель рванулась, чтобы освободить его из клетки, но все затянулось густым туманом, и только слова Тср-ренса продолжали звучать у нее в ушах.
Изабель дико затрясла головой, сбрасывая остатки сна, продолжавшие крутиться в ее мозгу.
— Нет! — вырвался у нее из груди яростный крик.
Мордрид заворочался в ногах Изабель, сел на постели и громко зевнул.
— Прости, Мордрид, — сказала Изабель. — Но что-то пора делать.
Она посмотрела на начинающее светлеть окно. С далекого востока на Англию надвигался новый день. Много ли дней осталось в ее распоряжении?
Изабель обняла подушку и задумалась. В целом главная задача была понятна: устранить Эдгара. Разумеется, не в прямом, а в переносном смысле. Как только он будет обезврежен, откроется дорога к тому, чтобы избавиться и от Амелии.
Да, но только как ко всему этому подступиться?
Изабель долго сидела, уставясь в наливающееся утренним светом окно, и беспорядочные поначалу мысли начали мало-помалу складываться в четкий план. Отчаянный, рискованный план, но не более рискованный, чем то, что предлагали вчера Дороти, Тео и Летти, и не более отчаянный, чем сегодняшний ночной кошмар.
Изабель отбросила в сторону смятую подушку и резво вскочила с постели. Сегодня ей предстоит трудный день, и нельзя терять ни минуты. Тем более что все ей придется сделать самой, не рассчитывая ни на помощь седовласых сестер, настроенных на убийство, ни на поддержку молодых самозабвенных пьяниц.
— Моя дорогая, я так рад, что вы захотели повидаться со мной! — воскликнул Эдгар, вбегая в гостиную.
Этим утром он очень походил на великовозрастного школьника — похотливого старого второгодника.
— Да, — сказала Изабель и кокетливо расправила свои пышные шуршащие шелковые юбки, усаживаясь на диван. — К сожалению, наш вчерашний разговор оказался несколько… скомканным.
— Проклятый пес! — прорычал Эдгар.
— Забудем о нем, — широко улыбнулась Изабель и указала на место рядом с собой. — Присаживайтесь!
Эдгар закрутился волчком, поспешил к дивану, присел рядом с Изабель и ухмыльнулся.
— У меня… у меня что-то есть для тебя!
— Да? — спросила Изабель, стараясь изобразить на лице восторженное удивление.
— Да, — важно кивнул Эдгар. — Ты хотела доказательств моей любви?
Он вынул из кармана маленькую красивую коробочку, обтянутую сафьяном. Подцепил ногтем крышку и раскрыл.
— О боже! — воскликнула Изабель, увидев лежащее в атласном гробике бриллиантовое ожерелье. — Бесподобно!
— Алмазы для моей алмазной, — осклабился Эдгар и потащил ожерелье из гробика. — Ну же, надень, надень!
— Нет, — сказала Изабель. — Как я мо…
— Давай, давай, — наклонился Эдгар. — И не нужно меня благодарить. Я же обещал заботиться о тебе.
Он обвил шею Изабель ожерельем и, сопя от похотливого желания, застегнул его сзади. «Словно петлю накинул», — подумала она.
— Роскошно! — воскликнул Эдгар.
Потные ладони скользнули по плечам Изабель — нетерпеливо, жадно, и она невольно поморщилась. Но ничего не поделаешь, нужно терпеть. Играй, Изабель, не забывай свою роль!
— Ну, разве это не достойное доказательство? — спросил Эдгар и приблизил лицо к шее Изабель. Она с омерзением ощутила обнаженной кожей его дыхание.
— П-пожалуй, — выдохнула Изабель, выскальзывая из рук Эдгара.
Она прошлась по комнате, пытаясь взять себя в руки. Успокоилась, нацепила на лицо капризную улыбку.
— Но это только одно ожерелье, хотя и дорогое.
— Одно! — от удивления у Эдгара отвисла челюсть. — Что значит — одно? Никогда не замечал, чтобы Терренс дарил тебе бриллианты!
— Ну это уж мое дело, — жеманно произнесла Изабель. — Если я решила сменить покровителя, я должна быть уверена, что не останусь у разбитого корыта! Не забывай, Терри — маркиз. Пусть у него не так много денег, но он единственный внук и наследник герцогини, а это что-то значит!
Эдгар с шумом выдохнул из груди воздух.
— Не беспокойся, у меня куча денег. А как только Терренс женится на Амелии, их станет еще больше.
Изабель наклонила голову к плечу. Мягко качнулась волна золотистых локонов.
— Если только он женится на Амелии.
— Женится, куда ему деваться, — прорычал Эдгар.
— Ты знаешь, — нахмурилась Изабель, — что Терренс до сих пор утверждает, будто о помолвке объявили без его согласия и что он не подписывал брачного контракта. Что скажешь на это?
— Что? — подскочил Эдгар. — Да парень просто лжет! Водит за нос, говорю тебе!