— Он взрослый мужчина, свой ум иметь должен! — парировал Терренс.
Изабель ехидно подняла бровь.
— Сам-то ты это не пьешь, я вижу. Что, слабо?
Ого! Это уже был открытый вызов, и не принять его гордый маркиз Хавершэм не мог. Он надменно выпрямился и отважно взял со стола недопитый бокал.
— Хорошо. Я составлю компанию твоему дорогому… э-э… Джошу. Почему бы не отравиться на пару с хорошим человеком!
— Нет! — схватил его за руку Джош и отчаянно покачал головой. — Прошу тебя, старина, не делай этого. Смертельный номер, смертельный!
— Нет, я выпью! — сказал Терренс. — Пусть Изабель не думает, что ты храбрее меня!
— Остановись! — просипел Джош. — Самоубийца!
Терренс взял в руки бокал и понес его ко рту, не сводя глаз с Изабель. За столом воцарилось торжественное молчание. Он выплеснул в себя тошнотворную жидкость и осторожно опустил на стол опустевший сосуд. Все внутренности Терренса корчились и содрогались, но он сумел сохранить на лице спокойное и достойное выражение. Затем медленно и осторожно перевел дыхание.
— Доброе утром всем! — раздался звонкий девичий голосок, и в столовой появилась Амелия, одетая в легкое платье. Разумеется, коричнево-песочного цвета. — Прекрасный день сегодня, не правда ли? — оживленно прощебетала она, садясь к столу. — Скажите, крестная, мы пойдем сегодня на ярмарку, как договаривались?
Не дожидаясь ответа, она перевела карие глаза на Терренса.
— А вы пойдете с нами на ярмарку, милорд?
Терренс с усилием сглотнул, борясь с тошнотой.
— Да, конечно. Блестящая мысль — пойти на ярмарку!
— Я обожаю ярмарки! — продолжала щебетать Амелия. — Помню, как папа впервые повел меня на ярмарку — мне было тогда лет семь, — и я увидела там корову с двумя головами. Я глазам своим не поверила! Представить себе не могла, что такое может быть! А еще там был факир, который глотал огонь. Настоящий огонь!
— Представляю, — мрачно сказал Джош. — Еще как представляю! А ты, Терренс?
Терренс молча кивнул и посмотрел на Изабель. Та отвернулась.
— Можно сказать, что мы с Джошем свою норму по глотанию огня на сегодня выполнили. С лихвой, — сказал он.
— А еще там была говорящая птичка, — с энтузиазмом продолжала Амелия.
— У нас здесь тоже есть говорящая птичка, — шепнул Терренсу Джош. — Она не только болтать, она и считать даже умеет!
— Молодой человек, — негромко одернула его герцогиня. — Ведите себя прилично!
— И она так странно пела, — закончила свое повествование Амелия, не замечая ничего вокруг. — Вот так.
Она запрокинула голову и громко зачирикала:
— Ку-ку, ку-ка-ку-у! Коко-кока-ку-у-у!
— Боже милосердный! — схватился за голову Джош.
Терренс только тихо застонал.
Амелия остановилась и удивленно поморгала:
— Что-то не так?
— Ну что ты, дорогая, — успокоила ее герцогиня. — Просто мужчины пришли в восторг от твоего мастерства. И еще, если я не ошибаюсь, они просто горят от желания поскорее отправиться на ярмарку!
На ярмарке Элизабет незаметно отстала от своих и теперь не спеша пробиралась сквозь толпу, наблюдая за людьми, которые толпились возле лотков. Затеряться ей было нетрудно: все ее спутники были настолько погружены в свои мысли, что и не заметили ее отсутствия. Единственной из всех была Амелия, не устававшая ахать и охать над каждой мелочью, в то время как остальные мрачно и тихо брели сквозь ярмарочный шум и гам.
Элизабет была рада возможности хоть немного побыть одной. Больше всего ее раздражало и волновало присутствие Джоша Бабникера. При взгляде на него Элизабет каждый раз вспоминала вчерашние поцелуи и тот странный и волшебный миг, когда она загорелась и расплавилась в его объятиях, и каждый раз девушка краснела от этих воспоминаний.
— Простите, — послышался у нее над ухом мужской голос.
Элизабет вздрогнула и увидела перед собой высокого молодого юношу. В руках у него была ее сумочка.
— Вы обронили это, — сказал он.
— О, действительно, — удивилась Элизабет. — Какая же я рассеянная!
Надо же! Она настолько погрузилась в свои мысли, что даже не заметила пропажи!
— Возьмите! — покраснел юноша.
— Спасибо, — ответила Элизабет и взяла свою сумочку. — Большое спасибо! Без нее я как без рук!
— Да, мадам, — сказал парень, переминаясь с ноги на ногу. — На ярмарке нужно всегда быть внимательным. Здесь столько карманников — за ними только глаз да глаз. И вообще, леди нельзя быть на ярмарке без провожатого.
— Пожалуй, вы правы, — согласилась, потупившись, Элизабет. — Наверное, я поступила опрометчиво, отбившись от своих.
Юноша покраснел еще гуще и смущенно кашлянул.
— Буду рад, если вы позволите мне проводить вас, — сказал он, низко кланяясь и предлагая ей руку.
— Эй, вы! Прекратите! — раздался новый голос. Тоже мужской, но на сей раз ужасно сердитый. — Оставьте ее в покое!
Элизабет обернулась. Рядом стоял Джош, прожигая незнакомого юношу взглядом.
— Руки прочь, приятель! — крикнул он юноше. — Не приставай к леди!
Юноша уронил протянутую руку.
— Я… Я вовсе и не думал приставать… Она потеряла с-свою сумочку, а я ее по-подобрал и в-вернул, вот и все.
— Трогательная история, — недоверчиво усмехнулся Джош.