Это надо же! Находятся такие мистрис, которые рискуют всем своим положением и даже жизнью, чтобы зачать незаконного ребёнка. Потому что всё остальное можно получить от своих партнёров судьбы. Заботу, налаженный быт, задушевные разговоры, секс для «здоровья», как выражается Риа, ощущение стабильности и защищённости. Всё, кроме возможности получить своё продолжение.
Тави наконец-то удалось подцепить задвижку, и она ввалилась в комнату. И тут же поняла, что беспокоило её ещё, кроме тревожных мыслей. В абсолютной тишине пустого дома раздавались тихие стоны. Кай сдавленно мычал и дёргался во сне. Тави наконец-то избавилась от уникальной ноши, водрузив новую вазу на комод, и осторожно подошла к дивану, на котором метался её незваный гость.
Длинные тёмные ресницы, мокрые от слёз, беззащитной тенью прижались к нижнему веку; отросшие локоны разметались по высокому лбу; на висках блестели капли пота. В беспокойном бреду Кай содрал с щеки повязку, и на посветлевшей (синяки уже почти сошли), коже багровел свежий длинный рубец. Какие могли быть дуэли из-за этого несчастного? Кто бы рискнул жизнью, чтобы добиться его благосклонности?
Тави не могла заподозрить Мину в некомпетентности, но и своим ощущениям тоже не доверять не могла. Не вызывал у неё Кай чувства восхищения и желания отдать свободу и жизнь за то, чтобы побывать с ним в одной постели. Она осторожно потрогала влажный лоб. Горячий. У Кая опять поднялась температура.
Неожиданно, почувствовав её прикосновение, он открыл глаза. Ничего не сказал, просто смотрел на Тави и всё. Так, словно видит впервые.
– Ты кричал и дёргался во сне, – пояснила она, немного смущаясь под этим взглядом. – Ещё, кажется, плакал. И весь горишь. Тебе нужно вернуться на Виру. Туда, где есть хорошая медицинская помощь. Резиденту Виры положена лучшая помощь на Звезде. Если это какое-то воспаление от заражения, то наша медичка тебе не поможет. В прошлом году Ольна напоролась на железный крюк в доках и умерла. Сначала не пошла к медичке, а потом стало уже поздно. На Острове нет серьёзной медицинской помощи. Условий для лечения тяжёлых болезней тоже нет. Если у тебя воспаление, то ты можешь умереть. А вместе с тобой и я, и Риа, так как в полпредстве всё равно узнают, что мы сразу не сообщили об избитом свитбое.
– Разве резиденция не содержит нормальные медицинские центры на островах? Это же естественно…
Она посмотрела с удивлением:
– Нет, у нас только одна медичка на всю Саузу. У неё есть перевязочные материалы с антисептиками на случай, если кто-нибудь поранится, и капли в нос от насморка.
– Как же вы… так? За что?
– Мы получаем всё необходимое, хотя и не представляем ценности для продолжения жизни на Звезде. И мы благодарны за это. А если кто-то так беспечен, что не может позаботиться о себе, или исчерпал себя раньше времени – это его проблемы.
В его глазах вдруг появилось сочувствие. Словно ему стало важно, что происходит в жизни совершенно чужой ему Тави.
– Можешь звать меня Ти, – сказала она торопливо, чтобы перебить этот взгляд. – Риа всегда зовёт меня Ти.
Тави легонько надавила ему ладонью на плечо:
– Ложись… Ты пока ложись, а я всё расскажу. По-хорошему, тебе нужны жаропонижающие таблетки, но я недавно выбрала весь свой медицинский лимит на год вперёд, когда взяла антисептики и перевязочные материалы. Даже если буду умирать, мне ничего в этом сезоне больше не положено. Впрочем, и симулировать жар у меня навряд ли получится… Кажется, у нас остались где-то небольшие запасы списанных лекарств, которые как-то привезла с Виры Риа. Нужно спросить Айсика, куда он их дел, когда вернётся.
– Ти… – повторил Кай. Он, кажется, даже стеснялся, хотя в этом Тави не могла быть уверенной на сто процентов. – А можно тебе задать один вопрос… Личный.
Открытый вопрос – это было лучше, чем жалеющий взгляд. Честнее. Тави пожала плечами:
– Спрашивай. Наверное, нет ничего такого в моей жизни, чтобы я захотела утаить.
– А почему тебя… Ну, это…
– Почему я – выбраковка? Ты же сам видишь… Хотя сначала было всё не так безнадёжно. Просто родилась с несимметричными глазами, правый у меня косил. Поэтому нас с мамой временно выселили с Виры. Это лёгкая категория – «С» – с большой вероятностью восстановления, поэтому я имела право в пятнадцать лет на повторный осмотр. Но сильно простудилась в детстве, очень болела, плохо росла. И в пятнадцать лет все параметры – рост, вес, размер бёдер – отставали от положенных. Как оказалось, навсегда. Я больше и не выросла с тех пор.
Кай смутился.
– Ты, Ти, выглядишь совершенно, как ребёнок. Я сначала и не понял, что ты – взрослая женщина. Но это совсем… Это совсем даже не плохо. Гораздо важнее… хороший человек. Мне повезло, что именно ты тогда решила посидеть в задумчивости на берегу Океана. При всех параметрах…
– Ой, – сказала Тави. – Уж ты-то наверняка знаешь толк в параметрах. Элитный эскорт, да? Кстати, а почему не дотянул до тарцелота? С тобой, вроде, всё в порядке… Конечно, на первый взгляд кажешься хрупким, но, наверное, потому что сейчас не здоров. А рост и плечи у тебя такие… Как надо, в общем.
