…Когда нам наскучило слоняться меж сухих корявых деревьев и пялиться в небо, где должен был появиться папин вертолет, мы забрались в самолет, и Алешка стал изучать книгу Дюма.
Он уселся в пилотское кресло и важно листал желтые ветхие страницы, внимательно и подолгу рассматривая каждую из них. При этом он скептически фыркал и что-то неразборчиво бормотал. Можно было подумать, что уж он-то французским языком владеет. В совершенстве.
– Почитываем? – спросил я. – По-французски?
Алешка пожал плечами.
– Знакомлюсь с записями, – небрежно ответил он. – Кое-что интересное попадается.
– Например? – Мне очень хотелось поставить на место этого маленького нахала, который и по-русски-то читает спотыкаясь.
– Да вот, Дим, смотри, – он ткнул пальцем в какое-то подчеркнутое волнистой чертой слово, – я тебе переведу. По-французски написано „чачлик“. А по-нашему шашлык, понял? – Он перевернул страницу. – Это вот по-французски „каштча“, это „стчи“.
Понял: щи да каша.
Алешкин палец между тем пополз вниз, остановился:
– „Окоротчек“ – окорочок, ясно?
– „Окротчка“, – поправил я. – Окрошка. Простой язык, оказывается. Доступный вполне.
– Ага, – согласился Алешка. – Созвучный.
Мы еще побегали по страницам и обогатили образ Дюма новыми чертами. Оказывается, классик французской литературы XIX века попробовал в России шашлык, щи и кашу, окрошку… И остался доволен.
Тут я заметил, что мы разговариваем все громче и громче. Будто что-то мешало нам услышать друг друга. Какой-то нарастающий шум.
– Вертолет! – первым сообразил Алешка и выпрыгнул из кресла. – Папа прилетел!
Я едва успел схватить его сзади за штаны у самой дверцы.
– Стой! Вдруг это не папа! Вдруг это бандитский! С бензином! И со Шкорпионом!
Из-за прикрытой двери, в щелочку, мы выглянули наружу. И первое, что увидели – нашего нового знакомого капитана Бессонова. Он, прижавшись к дереву, настороженно смотрел вверх, сжимая в руках автомат. А за чахлым кустом залег дядя Серж с пистолетом.
Вертолет, очень похожий на тот, который преследовал нас в пустыне, завис неподалеку, а потом мягко опустился на землю. Винт его все еще вращался, а из нутра выскочили – высыпались, как горох, вооруженные люди в форме и веером разбежались перед вертолетом. А за ними, тоже в камуфляже, спрыгнул на землю наш папочка.
– Полковник! – завизжал Алешка и распахнул дверцу во всю ширь.
Жизнь стала налаживаться. Папины бойцы из группы захвата быстро и четко разгрузили вертолет. Поставили командирскую палатку для папы, большую палатку для себя. Выкатили бочки с водой, портативную электростанцию, даже раскладушки привезли. И походную плиту для приготовления пищи в полевых условиях.
И в первое время, пока мы устраивались, было не до разговоров. Папа только выслушал короткий доклад капитана Бессонова и продолжил командование.
В результате в сторонке от мавзолея, за рядом деревьев возник вполне благоустроенный поселок. Бойцы даже перекатили туда самолет. И помогли дяде Сержу заправить его бензином.
А вокруг мавзолея стало совсем пусто, будто никто и никогда не нарушал его одиночества в последнее время. Как я понял, папа был уверен, что команда Шкорпиона все-таки доберется до мавзолея. Ведь им это очень надо.
Наконец мы остались с папой в его палатке, стали пить чай и обмениваться новостями.
О наших приключениях рассказывал в основном Алешка. У него это очень живописно получалось. И вот он дошел до того места, как…
– …Я их связал, затащил в самолет и поднял его в воздух. А потом поставил на автоматическое управление и спрыгнул с парашютом. А самолет улетел вместе с ними в неизвестном направлении в сторону какого-то моря…
– Сними парашют, – сказал папа, усмехнувшись. – Прилетел уже.
Алешка расхохотался, и тут мы уже серьезно стали отвечать на папины вопросы. Особенно его интересовали сведения о Шкорпионе и его амбалах.
– Это очень опасные преступники, – сказал папа. – Они получили от своего шефа Чернова задание – во что бы то ни стало добыть из мавзолея деньги, ценности и, главное, какие-то важные документы.
– Чернов? – мы с Алешкой аж подскочили.
– Чернов, – подтвердил папа. – Вы что, его знаете?
– Понаслышке.
И мы рассказали о Короле, о Вовке-Соловье, о реликвиях великого Дюма.
– А когда это было? – уточнил папа. – Впрочем, об этом я с самим Королевым поговорю.
– А это кто? – удивились мы.
Папа усмехнулся:
– Эх вы! Разведчики пустынных далей. Парашютисты. Столько времени провели с ним рядом…
– Ваше Величество? – догадались мы.
– Он самый. Его ребята потому Королем и прозвали. А потом уж и королевство свое придумали.
– Откуда тебе известно? – с подозрением спросил Алешка.
– Работа такая, – засмеялся папа. – Раз самолет захватили, значит, мы должны были собрать все сведения о пассажирах, экипаже, террористах…
– И о нас с Димой собирал? – вытаращил глаза Алешка.
– А как же! Я теперь о вас такое знаю!..
Потом он нас еще немного поспрашивал и очень по-деловому сказал:
– А теперь – брысь отсюда. И пригласите ко мне пилота Соколова и пассажира Королева. По одному.
Прямо как у себя в кабинете в министерстве.
