– Нет, но я люблю картины и собираю их для одной коллекции.
– А сколько у тебя много денег? – спрашивает Оксана. – Ты дай мне. Я себе куплю планшентик, ну… чтоб он был мой. А то ребятишки эти тоже хочут и мешалися мне.
– Оксана, если ты со всеми ссоришься из-за планшетика, я его выброшу, поняла? – говорит Марк. – Куплю новый, если будете хорошо себя вести.
– Зачем выбросишь? – не понимает Оксана. – Мне тогда отдай, а им купи.
– Почему ей?! – возмущенно вопит Леша.
Леша вскакивает с дивана, хватает планшет с полки стеллажа, Оксана вцепляется ему в руку и визжит. Яна прыгает вокруг.
Марк отбирает у детей планшет.
Рома сидит в кресле напротив психотерапевта Андрея в его кабинете. На столе между ними стакан с водой.
– Как танцы? Удалось выполнить задание? – спрашивает Андрей.
– А какое было задание?
– Познакомиться с кем-то.
– Ну, я познакомился с кем-то.
– С кем?
– Парень какой-то.
– Как зовут?
– Не знаю.
– А выглядит как?
– Тоже не запомнил. Мне это все так не важно…
– Как прошло занятие?
– У меня потели руки. Хотя я сыпал на них магнезией. Моя партнерша думала, что я гадкий.
– Может, у нее тоже потели руки?
– Откуда я знаю? Я был мокрый и, наверное, вонял, и всем было противно, но они стеснялись мне об этом сказать. А потом я шел с ними домой еще. С Леей и Дианой… и парнем этим.
– И что они?
– Да какая разница, что они. Веселились, болтали, шутили. Наверное.
– Ну, вы тоже могли бы пошутить?
– Про что? Чего смешного? Полтора часа ада, а еще тащиться туда и обратно. Короче, я не удивлюсь, если в следующий раз вообще никто не захочет со мной танцевать. Даже если я снова буду единственным парнем. Я не умею танцевать, я боюсь их всех, я потею, от меня воняет. Лея это видит, но ничего не говорит. Не хочет меня обидеть, что ли.
– А что за танцы?
– Бальные.
– Хоть один вам нравится?
– Да все они одинаковые, я топчусь на месте как полный идиот. Потому что я полный идиот.
– Вы совсем не идиот.
– Я идиот, раз я так чувствую.
Андрей что-то себе записывает.
В книжном магазине нет кистей. Девушка с Даней выходят из него и гуляют по «Флакону».
– Отстойное место, – говорит девушка. – Что здесь вообще такое?
– Тут много магазинов.
– И зачем они?
– Люди ходят, покупают вещи.
– И что, это типа круто?
Даня не отвечает. Смотрит на нее.
– Это ты передала мне «Зиму» и писала про жупел, да? Ты еще сказала, что тебя зовут Никто.
– Что? Нет, это не я! – улыбается девушка.
– Конечно, ты! И все эти письма. Иначе бы ты спросила «Чё, какой жупел?», а ты знаешь, о чем речь.
– Ну да.
– А чем ты занимаешься?
– Рисую!
– Что рисуешь?
– Так… не знаю. Слушай, ну это тупой вопрос: «Что рисуешь?» Как можно спрашивать такое у художника?
– Откуда я знаю, о чем тебя можно спрашивать?
– Ну ничего и не спрашивай, гуляем и гуляем. Молча.
– Тебе не холодно гулять в одних колготках?
– Мне всегда тепло.
Даня с интересом смотрит на зеленые волосы Никто. Никто берет Даню за руку.
Марк идет с планшетом на кухню, под вой детей демонстративно засовывает его в мусорный пакет. Моет руки. Возвращается в детскую. Ребята понуро тащатся следом.
– Пап, ну зачем? – спрашивает Яна.
Марк похлопывает Яну по спине.
– Яна, я Ромы витамин… ну, в ящике нашлася, – шепотом говорит Оксана.
– Покажи, – шепчет в ответ Яна.
Оксана протягивает Яне антидепрессанты. Яна с интересом их осматривает. Оксана издает неприятные ритмичные звуки ртом.
– Давайте-ка приберемся, – говорит Марк, возвращаясь в детскую. – Мама вернется – и что она тут увидит?
Детская завалена одеждой, игрушками, книжками.
– Леша, ну-ка давай – ты собираешь конструктор, Оксана несет на место платки, Яна…
– А почему я? – говорит Леша. – Это не я вообще-то раскидал.
– Пап, у меня волосы чешутся! – говорит Яна. – Там, наверное, опять какие-то вошки.
Марк поднимает с пола книги, кладет их на диван. Оксана сгребает вещи в кучу и тоже сваливает их на диван.
– И шея тоже чешется! – продолжает Яна.
– У нас детдоме вот это когда вши то нельзя бассейн! – сообщает Оксана. – И я год бассейн не хожу вообще! Год! Иду – опять вши. Иду – опять вши. Всегда вши! Они потому что подушке живут, МарьАнтонна сказала. Это только керосин, значит! Поливать надо. И она вот значит керосин.
Марк задумчиво смотрит на Янины волосы.
Психотерапевт Андрей берет листок бумаги и чертит на нем несколько прямых линий, пересекающихся в центре. Получается нечто вроде большой снежинки.
– Рома, давайте каждому лучику этой снежинки или, если угодно, солнышка отведем отдельную линию вашей жизни. У одного моего клиента было всего три ведущих линии: бабло, бухло и бабы – и он всеми тремя был доволен. Мечта любого психотерапевта. Давайте узнаем, из чего состоит ваша жизнь? Важных людей тоже можно обозначить линиями вашей жизни. Мы оценим все в вашей жизни по десятибалльной шкале.
– Хорошо. А зачем?
