Даня вскакивает с дивана, одной рукой быстро натягивает штаны.
– Это все бред какой-то. А где сама Лея?
Лея сидит на заднем сиденье машины и смотрит на утренний город. Мелькают дома, на улицах никого нет.
За рулем Шляпник.
– Тебе по пути? – спрашивает она. – Может, я бы лучше такси вызвала?
– Раз не к ворону, то хоть по городу проедемся, – говорит Шляпник.
Лея открывает сумочку, вытаскивает телефон.
Телефон показывает 6.52 и старое непрочитанное сообщение Ромы, многочисленные пропущенные звонки мамы, Марка и Дани.
– Блин, – говорит Лея.
– Все в порядке? – спрашивает Шляпник.
– Да. Только голова болит.
Шляпник плавно ведет машину. В навигатор вбит «1-й Хуторской переулок, дом 3».
Они проезжают по мосту над Яузой. Лея смотрит, как в реке отражаются деревья и облака.
Они едут мимо причудливых высоток, блестящих торговых центров, старых бетонных зданий, бензозаправок, облезлых заборов, зеленых скверов.
Шляпник останавливается у детской площадки со знакомой зеленой скамейкой и качелями.
Лея открывает дверь машины.
– Пока? – спрашивает Шляпник.
Лея выходит.
– Мы увидимся снова? – спрашивает Шляпник.
Лея хлопает дверью. Шляпник смотрит ей вслед фиолетовыми глазами.
– Увидимся, – говорит Шляпник, закрывает за ней дверь и плавно ведет машину дальше.
Лея входит в подъезд. Он наполнен дымом и запахом гари. Дверь ее квартиры распахнута.
Лея заходит. В коридоре видит задымленного, изгвазданного сажей Даню. Он возит по полу совершенно черной тряпкой.
– Ты где была? – говорит он.
– На дне рождения, – отвечает Лея. – Что происходит?
– Твоя комната сгорела.
Лея замирает.
– Не вся… – добавляет Даня. – То есть, на самом деле, все не так плохо. Я прибежал, свалил стеллаж, чтоб огонь сбить, Вадимыч пожарных вызвал, они сразу приехали…
– Откуда прибежал? – спрашивает Лея.
– Ну откуда – от Вадимыча.
– А почему ты прибежал?
– Мне Рома позвонил утром – говорит: пожар!
– А где он сам?
У Дани звонит телефон. Даня видит надпись «Никто», не поднимает трубку.
– Понятия не имею, – говорит Даня. Вид у него усталый и злой.
Мессенджер Дани пищит, он не обращает на него внимания.
Лея направляется в комнату девочек.
Зеленая портьера порвана и изгваздана сажей. Все черное. Обгоревшие стены, посреди комнаты обрушенный стеллаж, книжки и вещи на полу покрыты грязью, кругом жирные черные лужи. Лея стоит, смотрит, боится сделать шаг.
Горьковское шоссе. Солнечное утро.
Из черного БМВ разносится песня Boney M. «Sunny».
Юра ведет машину. Подтанцовывает плечами.
Периодически отвлекается от дороги и поглядывает на Шуру рядом.
– Саня-а… – подпевает он. – На-на-на-на-на…
Шура вежливо улыбается и смотрит в свое окно. В правом ухе у нее наушник.
Поглаживает сидящую у нее на коленях Славу КПСС.
– Ай ла-ав юу… – подпевает Юра. – Э-э-эхе…
Рома со скучным лицом сидит сзади.
Когда они проезжают Малую Дубну, Юра съезжает на заправку.
– Вам в тубзалет не надо? – спрашивает.
Шура и Рома молчат.
– Ладно, – говорит Юра. – Тогда подумайте, куда дальше поедем.
– В Калугу? – предлагает Рома.
Юра кривит физиономию.
– Можно во Владимир, – говорит он. – От Петушков всего час. Там церковь классная есть! Со зверями всякими на стене. Белыми. И коты там тоже. Братан рассказывал, они часто ездят, уважают это место.
– Суслик? – спрашивает Шура.
– Хомяк, – обиженно поправляет Юра.
– Давай котов, – говорит Шура.
Юра закрывает дверь и направляется к кассе.
Шура оборачивается к Роме.
– Ты как?
Рома смотрит в пол.
– Я поджег ее комнату, – говорит он.
– Это я поняла.
– И что теперь?
– Теперь все будут думать, что это я, – отвечает Шура. – Сначала деньги сняла, потом квартиру подожгла. Неблагодарная тварь хуже всякой Оксаночки.
Рома всхлипывает.
– Ты матери-то звонил? – спрашивает Шура.
– Нет. Я устал, спать хочу. Не понимаю, как жить дальше. Зачем я это сделал?
– Ну ты это… того… – Шура выходит из машины, подсаживается к нему, легонько бьет по плечу.
Рома смотрит на нее покрасневшими мутными глазами. Ложится ей на колени. Шура поглаживает его волосы.
Юра, насвистывая мелодию «Sunny», возвращается за руль.
– Шур, я там… – смотрит на пустое сиденье рядом. – А где?..
Смотрит на заднее сиденье, видит Рому и Шуру.
Отворачиваясь от них, заводит машину.
Автоматически включается радио, звучит жизнерадостная музыка. Юра все выключает.
Машина трогается.
Шура пытается перебраться на переднее сиденье.
– Да сиди уж, – мрачно говорит Юра.
В навигатор вбит адрес «Владимирская область, Петушинский район, деревня Горушка».
Юра едет по узкой проселочной дороге через лес.
Останавливается возле первого попавшегося на дороге мужика на велосипеде.
– Не подскажете, где здесь санаторий «Ромашка»?
Мужик пожимает плечами.
Юра едет дальше, медленно и неуверенно. Рома с Шурой спят сзади.
В лесу кукует кукушка.
БМВ стоит у высокого железного забора у края леса. Шура, Рома и Юра озираются по сторонам. Вокруг ни людей, ни домов. Забор обсажен молодыми березами.
На ветке березы громко каркает ворона. Рома испуганно оборачивается.
– Наверно, тут, – говорит Юра.
– А чего он пишет-то? – спрашивает Шура. У нее на руках Слава КПСС.
