Так-так. Я что-то припоминаю из курса лекций по истории. Маг Агвастен Крепостной, защитивший горожан от шквала смертоносных поветрий из степей, наколдованных шаманами кочевников. Мор и безумие выкашивали основных защитников городов, а затем приходили воины и добивали уцелевших. Агвастен собрал людей в крепости и ценой своей жизни удерживал щит. Для него это означало полное истощение и развоплощение.
Как мило со стороны горожан удостоить его целой медной плиты! Вместо того чтобы отдать на заклание любимых родичей, как это водилось у здешних повелителей, бедняга маг пожертвовал всего лишь собственной жизнью. Вместо памятника – кусок медяшки.
Я опустился на корточки и провел рукой над холодным и влажным металлом. Мощь здесь все еще угадывалась, но обращенная внутрь, в себя. Провал в никуда.
– Изучаешь достопримечательности? Самое время.
– А я уж начал было сомневаться в твоей сообразительности, – не оборачиваясь, ответил я. Не хотелось, чтобы Лука заметил мое замешательство. Еще ни разу и никому не удавалось подойти ко мне незаметно.
Мелочь вроде бы, но стало не по себе. Пару минут назад думалось, что с появлением Луки все придет в привычную норму, но градус тревожности прыгнул вверх еще на несколько делений.
– Догадаться было несложно, – хмыкнул Лука. – Сложнее было избавиться от любопытных.
Желтые его глаза собирали свет, словно вогнутые зеркала, и мерцали, как у кошки.
– Избавился?
– Надеюсь.
Как-то не так это прозвучало. Слишком бескомпромиссно, что ли. Мне даже захотелось уточнить смысл услышанного.
– Они, надеюсь, живы? – Смешок слетел с губ и неловко замер.
– Что ты натворил? – вместо ответа осведомился Лука, приближаясь. Я машинально сделал шаг назад. Лука двигался неуловимо неправильно. Прихрамывал?
– Так сразу и не расскажешь, – не сводя с него взгляда, ответил я. – Поищем местечко поудобнее? Я думаю, стоит вернуться домой, и тогда…
Он остановился напротив. Такой же, как всегда, – рослый, черный, желтоглазый. Слегка склонил голову, прислушиваясь, и вдруг спросил с легким недоумением:
– Что с тобой такое? Я будто не слышу тебя.
– Я встретился с Пожирателем лицом к лицу.
– Ах вот оно что… Так ты, значит…
– Пуст, – по привычке беспечно сознался я.
– Это хорошо. Все становится гораздо проще и избавляет от лишних хлопот… – словно чужой, произнес это. Тембр тот же, но манера произносить слова была совсем другой. Поэтому я не сразу вник в смысл фразы.
– О чем ты?
– Ты нарушил правила. – Слова падали в сгущающиеся сумерки и вязли как в вате. – Все сложнее, чем ты думаешь. Пресловутое равновесие между Белыми и Черными может быть нарушено неосторожным словом, не то что поступком.
– Откуда тебе знать? Ты же всего лишь охранник.
– Я посредник, – глухо поправил чужак. – Я не знаю многого, но мне это и не нужно. Я всего лишь должен выполнять волю тех, кто знает. А решение принято. Тебе предстоит узнать о нем прямо сейчас…
Лука вынул из кармана телефон. Кошка на скамейке вдруг зашипела и выгнулась крутой дугой. Шерсть на ее загривке взъерошилась, словно наэлектризованная. Маленькие зубки оскалились. Кошки всегда чуют магию. Лучше, чем люди. И быстрее, чем покалеченные маги.
Телефон в ладонях Луки оказался боевым жезлом. Если бы он был в рабочем состоянии, у меня не было бы шанса уйти, но тех секунд, что понадобились Луке для активизации оружия, хватило, чтобы впасть в ужас и инстинктивно броситься в сторону. Второй раз за день спасая свою шкуру.
Надо было хоть гороскоп прочитать на сегодня…
Вслед ударила лиловая молния. Листья на деревьях сразу же свернулись в сухие трубочки, а грязь под ногами запеклась струпьями. От жара затрещала трава. Кошка с мявом метнулась прочь.
Всего молний такой силы жезл может удерживать три.
Не уйти…
Я споткнулся, и ладонь скользнула по ледяному металлу надгробной плиты, оставляя блестящую полосу на матовой от конденсированной влаги поверхности.
– Эй! – закричал я. – Ты с ума сошел?! Да что случилось– то?!
Вторая молния воткнулась прямо в медяшку и полыхнула так близко, что я мгновенно ослеп. Не хватало воздуха даже на один глоток, зато ноздри забил щекочущий запах озона.
– Что за… – невнятно проговорил Лука откуда-то со стороны.
Сверкание в глазах поутихло, и зрение неохотно восстанавливалось.
Третьей вспышки не последовало. Медная плита, поглотившая предыдущую молнию без остатка, вдруг дрогнула и потекла, оплавляясь по краям, словно восковая. Золотистые ручейки устремились в пожухлую траву. Один из них коснулся моих пальцев, и я взвыл, обжегшись.
В черном провале под плитой оживало нечто разбуженное огнем жезла. И это нечто внезапно вырвалось наружу, взметнувшись к пробоине в облаках. Со всех деревьев вокруг разом сдернуло и затянуло вихрем листву.
Нас расшвыряло в стороны.
Оглушенный, я кое-как поднялся на четвереньки и замер. Слева, косо воткнувшись во всклокоченные цветы, торчал жезл. Его обладатель, надсадно кашляя, возился поодаль. Не раздумывая, я сцапал еще теплый от рук Луки жезл, обрадованно ощутив легкое пощипывание. Кажется, Лука заметил движение, потому что, взревев, шустро выпрямился и кинулся на меня.
