– Доброго вам денечка, – степенно сказал он, когда я подошел достаточно близко.
– И вам того же.
– Погодка сегодня хороша… – продолжил абориген. – В самый раз для прогулок.
– М-да… – неопределенно отозвался я.
– Хотя холодновато для молодой-то осени.
– Терпимо.
Он посопел, шевеля бровями. Провел ладонью по ершику седоватых волос. Начало животрепещущего разговора явно вызывало затруднение, а лимит дежурных фраз о погоде себя исчерпал.
– Мне сынок рассказал, что-де колдун к нам в село прибыл, – решился сознаться селянин. – В роще ходит, ищет чего– то… Домой примчался, зовет, «иди, бать, скорее…». Я вот и жду вас.
– Зачем?
Абориген откашлялся солидно, разгладил руками край одежды, пожевал губами и проговорил:
– Дело у меня к вам, господин колдун… э-э, маг то есть. Важное и серьезное. Речь о моей дочке пойдет. Ильмой ее зовут. А меня, стал быть, Инором Блащатым.
…Ильма Блащатая, дочь пасечника Инора, была отцовой любимицей и ни в чем отказу не знала. Писаной красавицей ей родиться не довелось, но девушка она была миловидная, с приданым, и, когда пришло время, появились ухажеры. А один так готов был и в огонь и в воду ради нее. Да только приглянулся самой Ильме сын кузнеца Тивен, который в ее сторону даже не смотрел. И так и эдак девушка пыталась приручить Тивена, да все тщетно. А Ильма привыкла получать все, что ей хотелось, и тогда она решилась обратиться к ведьме за приворотным зельем. И та ей помогла. Тивен принялся, словно собачонка, ходить за Ильмой, глаз с нее не сводил, говорил только о ней… Сыграли, как положено, свадьбу. А вот дальше…
– Она ж никому не сказала, что зельем парня опоила. Да и мы не приглядывались – счастлива дочка, и то ладно. Да только месяц-другой такого счастья – и вижу, чернеет моя Ильма. С лица спала, глаза ввалились, говорить ни с кем не хочет, а от мужа, который по-прежнему глаз с нее не сводит и пылинки сдувает, шарахается чисто от беса… Спрашивал ее, может, обижает или бьет Тивен-то? Она только головой мотает. И плачет… А вот однажды они ночевать у нас остались. Ильма не хотела, да мать ее уговорила. Ночью я просыпаюсь и слышу: вроде Тивен бормочет что-то… Прислушался и обмер. Он жену такими словами страшными называл, с такой лютой ненавистью имя ее произносил, проклиная, словно гадину какую, что я сам не выдержал, вскочил, хотел вмешаться… Дочка меня удержала. Она так и не легла, сидела в сторонке. «Не надо говорит, папа. Это он во сне. А наяву все будет как прежде…» И правда, утром Тивен вокруг Ильмы ходит-оберегает, взгляда любящего не сводит. Только теперь я в лицо зятево заглянул в глаза его, и только что сам не шарахнулся. Темень там кромешная и безумная… Тогда-то мне дочка все и рассказала. И я стал уговаривать ее к ведьме снова пойти, чтобы отворотное зелье дала. Но Ильма… Не захотела она отпустить мужа. Говорит: умру без него. Да только она и с ним умрет…
Инор тяжело вздохнул и горестно закончил:
– Почти год уже с тех пор миновал. Сил нет смотреть на эту муку, только сделать ничего нельзя. Мы-то с матерью даже к ведьме хотели пойти, чтобы тайком отворотное зелье прикупить да их обоих опоить. Все одно хуже некуда… Да опоздали. Померла старая карга. Ведьма то есть. Мы не больно с ней ладили, а тут она, будто нам назло, возьми да и помри… Уж полгода как. Вот с той поры у нас не жизнь, а… – Он махнул рукой обреченно.
– И что, не могли найти другую ведьму, чтобы отворот дала?
– Искали, как же… Только у местных-то наших районных ворожей да колдунов власти не хватает ведьмин наговор снять. Сильна была, старая… А из округа ехать никто не хочет. Заняты, говорят. А Ильма сама никуда не поедет.
– А почему вы решили, что я могу вам помочь, раз ваши районные колдуны не справились?
– Ну как же… – смущенно закряхтел пасечник. – Сынок– то мой видал, как вы колодец очистили… И в круг ведьмин войти не побоялись… – Он подумал и честно сознался: – А вообще-то я каждого проезжего мага прошу о помощи. Авось повезет… Вы не думайте, я заплачу сколько потребуется. Деньгами сам не обижен и вас не оскорблю. О цене договоримся.
Упоминание о деньгах заставило взглянуть на ситуацию по-другому. Из непредвиденной и ненужной помехи, задерживающей меня в пути, она вдруг превратилась в возможность заработать и сделать дальнейшее путешествие достаточно комфортным.
Да что я, отворотные заклинания не осилю? Подумаешь, деревенская ведьма…
Селянин, похоже, углядел в моем взгляде заветные алчные искры и поспешно повторил:
– Для дочки все сделаю. Одна у меня девка-то, вот и жалею…
– Ладно, – отозвался я, – покажите мне дом этой вашей ведьмы, а потом ведите к дочери и мужу.
Инор замялся.
– Тут такое дело… Ведьмин дом, это я вам покажу, недалеко здесь… А вот к дочке и мужу надо бы попозже. Она ведь догадается, зачем я вас привел, и визгу будет…
– Так как же я смогу вам помочь? Заочные отвороты не имеют силы.
