– Кое-кто упрямился, – по лицу скользнула усмешка. – Так что ты не оставляешь мне выбора.
И Тереза снова оказалась в его сильных руках. Она обхватила Марбаса за шею, пряча лицо у него на плече.
– Увидят же, – смущенным стоном слетело с губ.
– И что? – Марбас невозмутимо усмехнулся. – За то, сколько здесь стоит люкс, я имею право хоть выгнать всех и взять тебя на стойке администратора.
От бархатистых интонаций у Терезы сбилось дыхание. Словно прячась от смущения, она сильнее прижалась к Марбасу. Повеяло знакомым ароматом одеколона, и защемило сердце. Этот запах стал слишком родным.
Марбас пронес через просторный холл к стеклянному лифту. Дверцы бесшумно закрылись. Он взметнулся вверх по этажам так быстро, что у Терезы перехватило дыхание от резко ушедшего вниз города. А может, от того, как встретились взгляды в отражении?
– Может, пора уже поддаться? – прошептал Марбас.
Тереза повернула голову, посмотрев ему в глаза.
«Мы оба ждем, что кто-то извинится», – мелькнула мысль.
– Отпусти меня, – прозвучало тонко и беспомощно.
Марбас поставил на прохладный пол. Впрочем, это ощущение тут же забылось, как только вплотную оказался жар сильного мужского тела. Тереза отступила назад, но за спиной оказалась стеклянная стена. Пальцы отчаянно сжали поблескивающий поручень.
Мягко обведя контур лица, Марбас посмотрел в глаза с желанием во взгляде.
– Ни за что, – жаркий шепот обжег губы. – Ты уже продала мне душу. И можешь злиться сколько угодно, но сердце я тоже получу.
Сердце замерло, когда сильная ладонь скользнула по талии. А потом пульс бешено сбился с ритма, ведь Марбас провел рукой по бедру вверх, забираясь под край длинного свитера.
От прикосновения напрямую к коже по телу пробежал ток. Тереза прерывисто выдохнула, закрывая глаза. Скрыть бы реакцию, только мелкая дрожь выдала с головой.
Дверцы лифта открылись почти бесшумно. Тереза встрепенулась. Марбас нехотя отстранился. Он взял ее за руку, выводя в коридор отеля. А вот и дверь в нужный номер. Босые ноги утонули в мягком ковре. Взгляд скользнул по сторонам.
Дорогая мебель, со вкусом подобранные детали, картины-абстракции на стенах. Комнату освещало только несколько небольших светильников, так что можно было в деталях рассмотреть город за панорамным окном.
Не сдержавшись, Тереза подошла к стеклу. Кончики пальцев тронули прохладную гладкую поверхность, а взгляд скользнул вниз, к огням неспящего города. Только бы не смотреть на Марбаса.
Дверь закрылась. Он взял со столика большую коробку. Марбас переставил ее на кровать, застеленную покрывалом глухого винного цвета, и жестом подозвал:
– Посмотри. Думаю, тебе подойдет.
Тереза неуверенно подошла ближе. Марбас достал из коробки платье. Черная тонкая ткань с едва слышным шорохом опала вниз, позволяя увидеть фасон.
Облегающий и простой, с разрезом по боку, он мог бы сделать наряд заурядным, но вышивка все меняла. Серебристое шитье – тончайшее, как паутинка, – покрывало все платье. Оно плелось по юбке, обвивало талию, змеилось по декольте, подчеркивая смелый вырез… А среди этого узора поблескивали мелкие камешки, играющие в приглушенном свете.
Тереза покосилась на брендовую коробку. Разнося пиццы по столикам, искушенной модницей не станешь, но это название заставило глаза широко распахнуться. Слишком дорого. Слишком для другого круга.
– Я… никогда такого не носила, – дыхание перехватило.
– Привыкай, – улыбнулся Марбас. – Ты будешь танцевать со мной в замке самого правителя Ада.
Он вручил платье немного ошалевшей Терезе. Она даже не шелохнулась, почувствовав легкий поцелуй в щеку.
– Примеряй давай, – поторопил Марбас, а потом с усмешкой перешел к угрозам. – Или сам переодену, но тогда, боюсь, мы отвлечемся.
От многозначительного блеска в его глазах стало не по себе. Захватив и коробку с туфлями, Тереза ускользнула в ванную комнату. Одевать такие дорогие вещи – и то оказалось боязно. Треснет где-нибудь ниточка – в жизни не отработаешь.
И все-таки Тереза застегнула «молнию» на спине, а потом руки скользнули по блестящей черной ткани. Платье село идеально. Впрочем, как и туфли, подошедшие точь-в-точь. Даже стук каблуков по полу показался особенным, отдающим лоском.
– Ну, как? – Тереза неуверенно вышла обратно.
Она нервно заправила волосы за ухо. Пристальный взгляд Марбаса сразу заставил почувствовать себя обнаженной. Тереза обхватила ладонями плечи. Резко осозналось что весь верх платья – тонкие ажурные бретели.
Как хищник, Марбас бесшумно подошел ближе. Он взял за руку Терезу. Она затаилась от того, как вкрадчиво его палец огладил чувствительную сторону запястья. А следом там коснулись и горячие губы. Еще не отстранившись, Марбас посмотрел в глаза.
«Проверяешь, обижаюсь или нет?» – захотелось спросить.
Тереза чуть прищурилась. Уголки губ изогнулись в усмешке. Поняв, что его раскусили, Марбас зашел за спину.
