— Ты пил? — сорвалось с губ, и Наташа тут же прикусила язык. Рома теперь прислушивается к советам другой женщины, а между ними только общие дети.
— Да, вчера день рождения у одного знакомого было, отметили — врет, по тому, как отводит глаза, и морщит нос, Наташа сразу его вычислила.
— Извини, — отвернулась, пряча недоумение — не мое дело.
— Не извиняйся, мы же не чужие люди. — Последние два слова ударились прямо между лопаток, заставив Наталью прикрыть веки.
Сложив столовые приборы, Роман перевел внимание на сына, начал спрашивать, чем тот собирается заниматься на каникулах, а Наташа выдохнула, ей дали немного времени, приготовится к сложному разговору.
— Тебе, наверное, нельзя задерживаться — как только Вадим ушел в свою комнату, Наташа, набравшись смелости, присела напротив Романа — поэтому давай, излагай свои требования.
— Какие требования? — хриплым голосом проговорил мужчина, не спуская с шатенки внимательного, она бы даже сказала изучающего взгляда.
— Ну я, допустим, согласна, чтобы все осталось так, как есть — пронизывающий взгляд Ромы будоражил, нервировал, заставлял чувствовать неловкость. Захотелось спрятать глубокий вырез платья за ладонями — квартира мне, машина тебе — голос упал, коленки сжались. Слишком стало горячо внизу живота от жажды, источаемой глазами Туманова.
— Значит, так и будет — Рома продолжал гипнотизировать, ввергая Наталью в еще большее недоумение.
— Ну вот и хорошо, какой короткий разговор у нас получился — соскочила со своего места, переключая все внимание на грязную посуду, собирая утварь и составляя все в раковину.
Протянула руку взять тарелку, с которой ел Роман, и ее запястье перехватила мужская рука, пришлось посмотреть на того, кто ее смущал и пугал одновременно.
— Наташа — прохрипел Туманов, прожигая ее своими черными ямами — у тебя есть кто — нибудь?
— К чему такой вопрос? — голос дрогнул, Наталья тянула захваченную руку на себя, но ее крепко держали.
— Просто ответь — тон голоса мужчины требовал, напирал.
— Нет никого. — Дернулась, и Туманов отпустил её.
— А с кем ты тогда провела ночь в отеле «Соната»?
Удивление, от знания таких подробностей её жизни, отразилось на лице Натальи. Женщина онемела, а внутри забурлило, захотелось восстать, взбрыкнуть и послать его на хрен.
— Что молчишь? — Смотрел на нее снизу вверх, сидел спокойно, но цепкий взгляд выдавал в Туманове ревнивца.
Реакция мужа волнением прошлась по телу, все-таки Евдокия права — есть у Романа к ней чувства. И словно в подтверждение мыслей женщины, кольцо, в кармане домашнего платья, завибрировало, будто поддерживало Наталью в ее намерениях.
— А что я должна сказать? — постаралась придать голосу уверенности, — что была с любовником? — выговаривала каждый слог, пытаясь поддеть его, причинить боль, чтобы испытал все муки ада, через которые она проходит последние месяцы своей жизни. — Какое тебе теперь до этого дело? Тебя должна заботить беременность любовницы, ваша дочка! — рычала на него не своим голосом.
Рома, ошарашенно округлив глаза уставился на нее.
— Какая дочка?
— Ты же сам мне написал, что любишь ее, и у вас будет дочка — в замешательстве пролепетала шатенка, мятеж, полыхавший в ее груди, начал угасать.
— Я? — брови Туманова встретились на переносице. — Я не мог такого писать, потому что Света не беременна. Это точно.
Тишина накрыла помещение, Наташа и Рома смотрели друг на друга с недоумением. Поняв, с кем тогда, умирая от очередного предательства мужа, разбитая, потерянная в пространстве, переписывалась, ненависть к разлучнице накатила снежным комом, и вырвалась наружу злым смешком.
— А твоя новая женщина изобретательная стерва — прошипела в сторону Туманова — ты не представляешь, какой болью прошлась по мне эта новость.
Отчаянно стиснув кулаки, Рома прижал их к своему лбу, замотал головой, ему, наверное, трудно принять то, что его избранница лгунья. Наташа смотрела, как муж мечется на стуле, как прикрывает ладонями глаза, проходит ими по лицу, стирая не выступившие слезы. А потом ловит его виноватый взгляд.
— Она была беременна — пролепетал Туманов, в его глазах раскаяние — сказала, что приняла какие-то таблетки, чтобы избавится от плода. — Тяжело сглотнул, удерживая ее взгляд — я не хочу детей.
— Мне становится тебя жаль — выдохнула Наталья — судя по поступкам твоей новой жены, она не нежная фея. Хотя тебе лучше знать.
Снова оглушающая тишина, гробовое молчание и перестрелка напряженными взглядами.
— Ты счастлив? — хрипом вырвался давно мучавший вопрос Наташу.
— Не знаю. — Рома опять сжал кулаки, Наташа прекрасно видела, что ему не нравится все то, что он услышал. — Иногда кажется — что, да.
Сейчас он растерян, и уже не так уверен в своей любовнице, вот он момент, чтобы вручить ему магически заговоренный атрибут.
