Прошедшая ночь подарила ей столько наслаждения, что ей каждый раз казалось она не выдержит тот поток страсти, что обрушил на нее Туманов. Что он творил в ней, с ее телом! Рома просто брал все что хотел, как хотел, полностью забирая в подчинение ее сознание.
Три раза за ночь! Наташа уже и забыла, когда такое было!
Лучше не вспоминать, ей сегодня еще работать, а идти в состоянии эйфории никуда не охота.
Вот бы допить утренний кофе и остаться дома, упасть на постель, еще хранящую запах любимого мужчины, перебраться на его сторону и подремать пару часиков, уплывая в воспоминания об этой прекрасной ночи.
Грудь свело в тревоге, Рома на заводе, а там ОНА. Тут же в голове всплыл разговор с мужем.
— Рома, я боюсь, что ты уйдешь утром на работу, а вечером уже не вернешься.
Наталья теснее прижалась к груди Романа, так жаль, если их воссоединение продлится только одну ночь.
— Я сам устал. — Выдохнул он обреченно.
— Тебе просто не нужно с ней встречаться, и вообще общаться, даже по телефону.
— Постараюсь.
— Лучше тебе вообще уволиться.
— Я подумаю.
— Рома — Наталья приподнялась, чтобы видеть его глаза — я устала. Я не могу и не хочу жить в напряжении, в переживаниях. Только ты можешь поставить точку.
— Эту неделю мы с парнями работаем в дальних цехах, поэтому я тебе даю слово, что с ней — хорошо, что Рома тоже не называл имени разлучницы — я точно не смогу видеться.
— А она, сможет тебя найти?
— У нее нет допуска.
— Пожалуйста Рома — просила Наташа. Казалась себе жалкой, бесхарактерной, но она любит Туманова, и не может, да и не хочет быть без него — сделай так, чтобы она больше никогда не появлялась в нашей жизни.
— Я сам ни хочу, надоело, устал, хочу спокойной жизни с тобой с нашими детьми.
— Я так хочу тебе верить — отчаяние билось в груди, верить ему после всего, что было — трудно. Но надежда, что Евдокия сможет все исправить, придавала ей сил, подталкивала бороться за своего мужчину до конца.
— Пока буду в отпуске начну подыскивать новую работу. Не рассматриваешь вариант с переездом?
— С тобой — Рома тоже готов на кардинальные перемены, чтобы остаться с ней, — хоть на край света.
— Значит, решено. — Наташа выдохнула, она будет молиться, чтобы все получилось. Снова пойдет в церковь и поставит свечку святым Петру и Февронии. Пожалуйста, пусть та стерва, оставит ее Рому в покое, пусть он забудет о ней, пожалуйста.
— Пожалуйста — глаза устремились на светлое утреннее небо, а внутри мольба о помощи, и вера в то, что там ее кто- то слышит.
Казалось, что все вернулось на свои места. Муж каждый вечер возвращается домой, ведет себя, как будто и не было долгих дней разлуки, а Наташа поддерживает его, делая вид, что все хорошо.
Но все равно, иногда внутри начинает зудеть, напоминать о том, что где — то есть блондинка, имеющая виды на ее мужа, та, из-за которой все снова может повториться, если только они встретятся.
От омрачающих ее настроение мыслей, отвлек входящий видеозвонок. Данил!
— Сынок — радость переполняла ее сердце, скоро, совсем скоро, она наконец сможет обнять этого возмужавшего парня. — Боже, наконец — то, как дела?
Слушала о солдатской службе своего первенца и не могла на него насмотреться, соскучилась, пальцы свербели от желания пройтись по короткому ежику волос, прижаться в щеке, ощутить накачанные плечи. Красавец, рассматривала, так быстро повзрослевшего сыночка, тоскливо улыбаясь, и сдерживая слезы гордости за этого молодого мужчину.
— Совсем немного осталось — волнение в голосе вибрацией расходилось по кухне — в следующую субботу встретимся — грудь рвало от желания обнять Данила — даже не верится, что целый год прошел.
— А что ты меня не разбудила — увлеченная разговором с сыном, Наталья не заметила, как из спальни выполз заспанный Туманов.
— Просто ты вырубился, поздно уже — оправдывалась Наташа.
— Дай мне со старшеньким пообщаться — пробасил хриплым со сна голосом.
— Отец? — у Данила вытянулась челюсть, а глаза заискрились — вы помирились? — радость на его лице, передалась и Наталье. Женщина широко улыбнулась в экран и кивнула, подтверждая его слова.
— Да.
— Я рад.
— Ну рассказывай, дембель, как служба идет? — перехватив из рук жены телефон, Туманов увлекся беседой с сыном.
Наташа сидела рядом с мужем, слушала голоса двух дорогих ей мужчин. Все, что сейчас происходит — правильно, именно так должны проходить субботние вечера, в кругу семьи. Умиротворение накрыло Туманову, она прилегла на плечо мужа, обвила его голый торс руками, дышала им, прикрыв от удовольствия глаза.
— Это вы здесь? — Ворвался знакомый голос в ее идиллию, пришлось оторваться от теплого тела.
— Данил? Там Данил? — восторженно вопя, Вадим подвинул мать на диванчике и присоединился к мужскому разговору.
Вот теперь все в сборе. Тепло, нежность, любовь, все смешалось в ее душе. Растроганная заполонившими ее чувствами, Наталья еле сдерживала слезы счастья.
— Ты куда это в такую рань? — Рома приоткрыл один глаз, как только ощутил, что место рядом с ним опустело.
— В церковь. — Бросила ему жена, и вышла из комнаты.
