– Да, я опасалась, как бы они не распустили языки! Ну и что? Все равно убивать я бы никого не стала. И Никитка – лучшее тому подтверждение.
– Никитка? Это кто же такой?
– Не знаете? А-а-а… Ну и ладно. И не нужно вам знать.
– Нет уж, погоди! – решительно возразил Леша. – Почему не нужно? Мне вот кажется, что как раз необходимо!
Сообразительная Саня предположила:
– Никита – это парень, которому ты помогла бежать из больницы во Всеволожске?
– Да! – с вызовом воскликнула Лера. – Он! И он жив! Можете лично съездить в Тихвин и убедиться!
– Почему в Тихвин?
– Никитка родом из Тихвина! Куда мне было его везти, как не домой? Я и отвезла. Пусть полежит, очухается. Все равно после смерти Игоря и Леопольда мне он теперь не нужен!
– А раньше чем полезен был?
На этот вопрос Лере-Валере отвечать явно не хотелось. Она нахохлилась и угрюмо замолчала.
– Эй! – осторожно потрясла ее за плечо Санька. – Очнись! Двое твоих друзей уже погибли. И мы не знаем, кто отправил их на тот свет.
– Это была случайность!
Вызов, с которым Лера выкрикнула эти слова, доказывал, что сама она так вовсе не считает. Молодая женщина – или кто она там была – напугана до предела.
– Вероятно, их смерть может быть связана с теми делишками, которые вы крутили с моим братом, – выступил вперед и Леша. – Вы спекулировали антиквариатом? Верно?
Лера угрюмо молчала, не отвечая, но и не протестуя.
– А кто такой Леопольд?
– Не знаю никакого Леопольда!
– Ты упомянула это имя, не отрицай. Леопольд – это еще один ваш сообщник?
При этих словах Лера дернулась.
– Прекратите выставлять нас преступниками! – воскликнула она. – Мы не сделали ровным счетом ничего плохого! Эти люди сами хотели делать мне подарки! И что? Ну, подарили бы они мне какую-нибудь ерунду, за которую бы переплатили вдвое, а то и втрое, и что? Куда бы я потом дела это добро? Отнесла бы в какую-нибудь скупку, сдала бы в ломбард? За гроши?
– Но почему обязательно в ломбард?
– Да потому! Потому что мне нужны деньги! Много! Думаете, все это досталось мне бесплатно?
Лера схватилась за свою пышную грудь.
– И это?
Она коснулся густой пряди темных роскошных волос.
– И это? И это? И это?
Лера поочередно демонстрировала безупречной формы ножку, изящную кисть руки, а также тонкую талию и округлую попку.
– Все это стоит огромных денег! Мне не нужны брюлики или цацки, мне нужна я сама!
Замкнутая в себе в начале беседы, Лера теперь жаждала поделиться наболевшим хоть с кем-нибудь. И так уж случилось, что слушателями стали Лешка с Александрой. Именно им довелось выслушать исповедь бедного трансвестита, измученного жадными докторами и доведенного практически до нервного срыва не менее жадными пластическими хирургами.
Понять, что она женщина, заключенная в мужском теле, как ни странно, Лере помогла тюрьма. Именно в заключении пришло озарение. Все ее беды происходят из-за того, что она живет не своей жизнью. Она женщина в плену у мужского, совершенно ей не подходящего тела. И с тех пор самой сокровенной мечтой Леры стало желание вырваться наконец из опостылевшего мужского обличья, из мерзкого кокона.
– Сначала я начала краситься и одеваться, как женщина. Это имело успех, я получала знаки мужского внимания.
Лере успех у мужчин понравился. Но явно недостаточно сменить одежду, прическу и нанести яркий макияж. Нужны были кардинальные меры.
– Сначала я увеличила себе грудь. Получилось неплохо. Теперь я могла позволять своим поклонникам больше. И подарки стали щедрее.
Скопив энную сумму, Лера решилась на главное. Избавиться от мужского члена – этого ненужного и мешающего новой и счастливой жизни отростка! Для этого Лера полетела в Китай, где и сменила пол. Работа китайских врачей стоила вполовину не так дорого, как обошлись бы услуги докторов в России или в Европе.
Качеством проведенной операции Лера осталась довольна. Но тут ее поджидал неприятный сюрприз. Оказалось, что ее тело против тех манипуляций, которые производит хозяйка. Оно упорно желало вернуться к мужскому естеству. У Леры росли усы, ломался голос, она поминутно боялась, как бы не начать снова пахнуть, как мужчина.
Чтобы этого не произошло, Лере пришлось подсесть на дорогостоящие гормональные препараты. К тому же теперь она должна была неустанно шлифовать свою внешность. Красота требовала не только жертв, но и вложений. Немалых.
– К тому времени я уже жила как женщина около полугода. У меня было много щедрых поклонников, которые любили делать мне подарки. У меня скопилась целая коллекция ненужных вещей – одежда, обувь, драгоценности. Но все это еще туда-сюда. Машина тоже вещь необходимая. Я искренне благодарна мужчине, который догадался подарить мне ее. Но скажите, что делать со всевозможными вазочками, тарелочками, чашечками, скульптурками и даже подсвечничками? У меня даже своей квартиры нет, где я смогла бы разместить это барахло!
