В преддверии Нового года Настя осталась одна, без денег, без телефона, в проданной родителями квартире, куда еще не успели въехать новые жильцы. Настя потерялась в аэропорту, а родители без нее улетели на отдых в Испанию. Так Настя, по крайней мере, считала, пока не предприняла расследование с помощью «соседей» Бориса и Нюты, которым предприимчивый риелтор сдала квартиру на время отсутствия хозяев. Девушка нашла отца и мать в загородном доме в состоянии зомби. Единственный человек, который способен вернуть несчастных к нормальной жизни, — некто старец, в миру — гипнотизер Сергей Михалев. Но он требует за свою помощь очень высокую плату: Настя с Борисом должны найти убийцу дочери старца Снежаны, в смерти которой обвинен сам Михалев! Дело это очень сложное, но чего не сделаешь ради того, чтобы вновь увидеть родителей живыми и здоровыми!
Настя смотрела на ночной город из окна своей квартиры. Их с родителями высотка стояла с краю микрорайона, гордо возвышаясь над всей окрестной, еще советской поры застройкой. Окружающие здания не превышали высоты двенадцати этажей. Так что дом Насти и ее родителей был почти единственным ориентиром на много километров вокруг. И вид с шестнадцатого этажа открывался поистине замечательный — освещенные фонарями кварталы, чуть вдали огни аэропорта, то и дело небо прорезали всполохи бортовых огней заходящих на посадку или, наоборот, взлетающих самолетов.
Обычно Настя могла глазеть из окна часами, словно завороженная следя за мерцающими в темноте огоньками, думая и грезя, сама не зная о чем. Душе тогда становилось легко и немного грустно. Собственная жизнь казалась Насте какой-то незначительной по сравнению с пульсом огромного мегаполиса. А если поднять глаза и взглянуть на бескрайнее небо над головой, то душа и вовсе наполнялась каким-то особым почтением перед величием Вселенной.
Но сейчас Настя не смогла простоять на излюбленной смотровой площадке и пяти минут. Ее желудок издал очередное голодное бурчание, и девушке пришлось переменить позу. Ей казалось, что так желудок успокоится. Но не тут-то было. Еще полчаса назад эта уловка срабатывала, но теперь перестала помогать и она. Желудок продолжал властно выдвигать свои требования, он хотел еды, он хотел кушать. А из пропитания в квартире был… разве что кактус, растущий на окне.
Девушка поймала себя на мысли, что вот уже второй раз поглядывает на растение, мысленно анализируя его гастрономические качества. Интересно, как его лучше будет приготовить? Сварить или зажарить? А возможно, запечь? Пожалуй, лучше будет запечь.
— Особенно, если полить маслицем… — задумчиво произнесла Настя и тут же замолчала.
Ведь маслица-то как раз у них дома и не имелось. Впрочем, как не имелось дома ни хлеба, ни мяса, ни яиц. И даже муки и соли тоже не было. Перед отъездом родители начисто выгребли все из кухонных шкафов. Ведь если сами кухонные шкафы новые владельцы их квартиры соглашались принять в дар, то вряд ли это же относилось и к хламу, накопившемуся в семье Насти за те годы, что ее родители владели этой квартирой. У новых хозяев наверняка должен был найтись свой собственный хлам, которому тоже нужно место, чтобы разместиться. Поэтому шкафы были старательно очищены и даже вымыты напоследок.
Поняв, что никаких кулинарных изысков не предвидится, Настя отломила листочек кактуса, очистила его от колючек и поднесла к носу, принюхиваясь.
— Кто его знает, — в сомнении пробормотала она, — вдруг съедобный?
По каналу «Живая планета», излюбленному каналу папочки, Настя не раз видела, как попавшие в безвыходное положение люди, очутившиеся в необитаемых местах, ели всякую дрянь вроде жуков, гусениц, корней и побегов растений. Насте казалось, что и кактусы они пытались есть. Правда, не совсем такие, но все же. Решив, что выплюнуть она всегда успеет, девушка положила кусочек кактуса в рот и принялась его сосредоточенно жевать. Через некоторое время она проглотила кашицу и прислушалась к своим ощущениям.
В принципе не так уж и плохо. Чуть горько, но вполне съедобно. Однако размеры кактуса, даже если она будет регулярно его поливать и благодаря этому он немножко подрастет, никак не наводили на мысль о том, что им одним можно будет питаться целых две недели.
— Калорийности ноль, — наконец заключила Настя и пошла полоскать рот водой.
К счастью, вода в квартире еще была. Так что, по крайней мере, смерть от жажды Насте не грозила. Хуже было то, что в квартире не имелось никакой мебели, за исключением кухонной, так что спать девушке придется на голом полу или на кухонной столешнице, положив ноги в раковину, а голову устроив на плите.
А еще хуже было то, что тут не имелось ни компьютера, ни планшета, то есть никакой связи с внешним миром. Кто-то скажет, а как же телефон? Но сотовый телефон Насти улетел в теплые страны. А домашнего телефона у них в квартире не было отродясь.
Родители Насти всегда пользовались сотовыми, у каждого из них была безлимитка, они и дочери своей тоже купили безлимитный тариф, утверждая, что это и удобнее, и современней, и в конечном итоге выходит дешевле, чем иметь три безлимитки, да еще и платить за домашний. Настя даже не знала, у кого из их знакомых вообще есть домашние номера. Кажется, у тети Тамары он был. Но Настя никогда ей не звонила на домашний, а потому и номера тетки тоже не знала.
Да и что бы она стала делать, знай она номер тетки? Позвонить ей все равно было неоткуда.
— Вот ведь положение, — пробормотала Настя. — Вроде бы и не в безлюдных джунглях, а кто мне поможет, не знаю.
