- Воспользуемся доставкой еды. – Сказала Даша, открывая крышку холодильника. Обнаружив внутри морозильной камеры контейнер со льдом, она слегка обмотала его в полотенце и приложила к поврежденной щеке любимого. – Тебе понравилось?
- Что? – Не понял Андрей, ощущая приятную прохладу на пылающей огнем щеке.
- Выставка. – Пояснила девушка.
- Я всегда знал, что ты талантливая художница. И ты была такая красивая и счастливая, что и я радовался вместе с тобой. Я бы очень хотел быть тогда с тобой, но я не мог рисковать. Поэтому Макс снимал мероприятия для меня.
- Да, правда меня шокировала, и я понимаю, что ты попытался защитить меня, но тогда твои слова ранили меня гораздо больше, чем то, что я сейчас узнала об отце. Я простила тебя, но больше никогда не делай мне так больно. Второй раз я не смогу найти в себе силы простить.
- Милая, я сам себя ненавижу за все, что говорил тебе. Я просто не знал, как бороться с твоим отцом за право быть с тобой. Но клянусь тебе, если мы придумаем, как противостоять ему, чтобы никто не пострадал, я буду бороться за нас.
- Поверь, родители и мне дороги. Я люблю их не меньше, чем ты. Но мы придумаем что-нибудь. Обязательно придумаем. А пока, я действительно отдохнула бы немного, а ты можешь пока позвонить в доставку, закажи по своему усмотрению. Вот, вроде краснота уходит. – Добавила Даша, убрав лед и обнаружив, что поврежденная часть лица возвращается в привычный вид.
- Да, рука у тебя тяжелая. – Улыбнулся Андрей. – Буду знать на будущее, что лучше тебя не злить.
Девушка шутливо пригрозила возлюбленному пальчиком и рассмеялась. Ласково улыбнувшись в ответ, Андрей обнял ее за талию и, притянув к себе, припал к ее губам в страстном поцелуе. Даша с удовольствием откликнулась на ласку, обняв его двумя руками за плечи. Целуя эти нежные губы и прижимая к себе податливый стан любимой, Андрей пообещал себе, что сделает все, чтобы больше никогда не расставаться с девушкой. Прошедший год стал для него настоящим адом вдали от Даши, и он больше не хотел отпускать ее.
========== Глава 21 ==========
На следующее утро на кухне Андрея было открыто заседание. Максим, которому разрешили курить в квартире (впрочем, он и не спрашивал, но ведь не запретили же), сидел на стуле, задумчиво выпуская дым изо рта. Напротив него сидели Андрей и Даша, разместившаяся на коленях любимого.
- Нет, это вы, конечно, здорово придумали. – Проговорил Максим, усмехаясь.
- Слушай, Макс, я понимаю, в какое положение мы тебя ставим. – Ответил Андрей. – Он твой родной отец. Да, для Даши он тоже родной, но именно ты прожил с ним всю жизнь. Мы поймем, если ты не захочешь идти против него.
- Да при чем тут это? – Отмахнулся Морозов, туша одну сигарету в маленьком блюдце, которое оборудовал под пепельницу, и сразу закуривая следующую сигарету. – Я говорю, что план ваш, конечно, хорош. Найти компромат и так вытребовать у отца право Дашки общаться с тобой и с приемными родителями. Но вот ты прав, Андрюх, если таковой компромат и существует, то мы его фиг найдем. Хотя бы потому, что без понятия, где его искать. Но, скорее всего, его нет. Отец не дурак, он не будет где-то, пусть и под семью печатями, хранить такую опасную для себя вещь. Во-первых, нет таких печатей и замков, которые нельзя вскрыть, а во-вторых, он бы жил в постоянном страхе, что его тайник могут вскрыть, но я что-то не замечал, чтобы он нервничал и переживал. Вывод: переживать ему не за что, потому что все его грехи «похоронены».
- Но что же тогда делать? – Спросила Даша.
- А леший его знает. – Ответил Максим. – Я тут вчера подумал. Отец тебя любит, Даш. Знаешь, каким бы он не был с другими, со своими детьми он другой. Он все для семьи делает. Может, тебе с ним просто поговорить, объяснить, как тебе нужны и Андрей, и приемные родители. Он может за твоей спиной решить, с кем тебе общаться, а с кем нет, но если ты с ним поговоришь и скажешь, что в курсе его разговора с Андрюхой и просишь его изменить мнение, он может согласиться.
- Макс, мне кажется, ты до конца не понял, кто твой отец… - Усмехнулся Андрей, поняв всю бесполезность такого разговора.
- Да это ты не понимаешь. – Вспылил друг, вскакивая на ноги. – Я знаю, что он сделал с матерью, но я тебе говорю, какой он с нами. Я говорил с мамой, и она сказала, что, даже не смотря на то, что он был монстром и, возможно, убийцей, мне он был прекрасным отцом. В мою жизнь он ни разу не вмешивался. А когда я заявил, что хочу быть юристом, а не продолжать его дело, - сейчас, кстати, абсолютно легальное и законное - он всячески помогал мне, даже не попробовав отговорить.
- Я понимаю, ты хочешь верить, что в глубине души твой отец может измениться, но такие люди не меняются. – Возразил Андрей.
- Да откуда ты можешь знать? – Огрызнулся Морозов. – Тогда, в 90-е, каждый второй, кто хотел выжить, был бандитом. Время было такое. Сейчас он другой. И я это знаю. И я верю, что если с ним поговорить, он пойдет навстречу.
