Посмотрев вниз, Эллен увидела проплывавшие широкие, освещенные факелами проспекты, некоторые из которых были разделены полосой деревьев. И хотя время было уже достаточно позднее, но улицы не пустовали. Кто-то спешил по делам, кто-то наоборот медленно прогуливался в одиночестве, погрузившись в свои мысли, кто-то вывел на поводке своих рабынь на вечерний променад, кого-то может мужчин, а может женщин, несли в паланкинах рабы, порой в сопровождении охраны, возможно они возвращались из поздних визитов. Девушка успела разглядеть стойку мелкого торговца, возможно, продававшего, отваренные в сиропе сулы или тасты. Другие улицы были погружены во мрак. Люди избегали появляться на них, в связи царившим в городе беззаконием, результатом оккупации. Многие наёмники, особенно из небольших компаний, мало чем отличались от бандитов. Впрочем, даже в лучшие времена в Аре хватало мест, посещать которые после наступления темноты зачастую было не слишком разумно. На некоторых из этих улиц можно было заметить небольшие группы людей, с факелами. Другие районы практически полностью тонули в темноте, и лишь с трудом можно было различить узкие улочки, извивавшиеся среди беспорядочно разбросанных зданий, по большей части многоэтажных инсул. Кое-какие рынки ещё были открыты, и освещенные факелами, маленькими островками мерцающего света выделялись на общем тёмном фоне. Там предлагались различные товары. На одном из этих рынок, что интересно, торговали тарларионами, но самых крупных животных туда могли доставить только после заката, когда улицы более или менее освобождались от прохожих. Пару раз они пролетали над рынками, на которых Эллен видела рабынь, частично выставленных на полках, как когда-то она сама, частично в маленьких клетках. В другом месте, внутри прямоугольника сформированного натянутыми холстами, на небольшой сцене, под музыка флейты и цехара, долетавшую даже сюда, она увидела выступающих акробатов, жонглеров и огнеглотателей. По другую сторону занавеса, она заметила одетых в шёлк рабынь, несомненно, ожидавших, когда их вызовут танцевать для клиентов их господина. Весьма обычно держать лучших танцовщиц для заключительного акта представления.
Корзина покачивалась на длинных верёвках. Эллен заставила себя разжать одну руку и потрогала натянутый трос, вокруг которого вились и трепетали её волосы, развеваемые ветром. «Как здесь здорово, — думала она. — Но хочется надеяться, что эти верёвки выдержат. Какими тонкими они кажутся! Как прекрасен этот мир! Как он естественен! Но как страшно быть женщиной и жить в этом мире, живущем по законам природы! И всё же, я не хочу жить в каком-либо другом месте, кроме как в этом мире. Здесь есть мужчины, такие как Порт Каньо и Селий Арконий! Я даже представить себе не могла, что такие мужчины могут существовать. Здесь я — женщина.»
Эллен коснулась своего ошейника. «Чем ещё могла бы быть женщина Земли перед такими мужчинами, кроме как рабыней? Но я всё равно не хочу жить где бы то ни было, кроме этого мира. Я — женщина. Я узнала это на Горе. Мне преподали то, что это означает во всей истинности, глубине и изобилии этого. Лучше ошейник на Горе, чем трон на Земле! Как великолепно, быть женщиной и жить в мире со своей природой, на планете, на которой я должна занимать своё законное место согласно закону природы, место у ног мужчин!»
Тарн размеренно и плавно бил крыльями воздух над её головой.
Впереди она уже могла разглядеть маяки, установленные на стенах Ара.
Мимо промелькнула крыша невысокой башни, на крыше которой, среди досок и каких-то обломков Эллен успела заметить голую рабыню, прикованную за запястья цепью к кольцу. Девушка смотрела вверх на проносившихся над ней тарнов.
«Полагаю, что над ней хорошо доминируют», — с усмешкой подумала Эллен.
Впереди она уже ясно видела стены, внутренняя была выше, но верхний край наружной стены был виден с высоты их полёта. Караван в ночной тишине плавно приближался к ним.
В памяти Эллен вдруг снова всплыло замечание Порта, «если минуем», заставив её задрожать от страха. Оставалось только надеяться, что он знал что делал, и что, то место стен, к которому они держали курс, было выбрано неслучайно.
Дело в том, что ночью в небе над городом могла быть натянута противотанрновая проволока, но пока не было никаких признаков таковой.
Кстати, пролетая над внутренней стеной, Эллен успела заметить на ней человека смотревшего вверх. Она решила, что это был гвардеец Ара. По крайней мере его униформа указывала именно на это. И он не сделал даже попытки дать сигнал на снижение каравану тарнов, как и не помчался поднимать тревогу.
Теперь стены Ара и его огни, остались позади. Караван по-прежнему держался на небольшой высоте, проносясь над открытой местностью. Временами Эллен видела огни каких-то разбросанных по округе деревень.
