— Где вы служили до того, как вас перевели в Вену?
— В Москве, — произнёс Лоунтри. — в посольстве США в Москве.
В течение следующих девяти дней офицер контрразведки ЦРУ допрашивал Лоунтри в номере венской гостиницы "Интер континенталь". После каждого допроса офицер посылал в Лэнгли подробные отчёты. Жанна Вертефей и ее спецгруппа отнеслись к известию о Лоунтри со сдержанным оптимизмом. На первый взгляд казалось, что морской пехотинец вполне мог сдать КГБ русских шпионов ЦРУ. Но Вертефей и ее команда знали, что в их работе первому впечатлению доверять опасно. Судя по поступавшим из Вены телеграммам, Лоунтри стал жертвой традиционной секс приманки КГБ.
Эмоционально неустойчивый и страдавший от одиночества Лоунтри оказался единственным американским индейцем среди морских пехотинцев, направленных в конце 1984 года охранять посольство США в Москве. В письме к отцу Лоунтри жаловался, что из-за происхождения тут его считают "белой вороной". На первом же дипломатическом приёме Лоунтри окружили генералы стран варшавского договора, которым не терпелось узнать, как в Соединённых Штатах относятся к американским индейцам. Сначала Лоунтри опасался 200 советских сотрудников, работавших в посольстве США, но в конце концов влюбился в одну из переводчиц. Когда они стали близки, его новая возлюбленная виолетта Санни, украинская еврейка, познакомила Лоунтри со своим "дядей Сашей", который, по ее словам, интересовался жизнью американских индейцев. Позже средства массовой информации сообщат, что роль "дяди Саши" играл офицер КГБ Алексей Ефимов. Однако это был ещё один псевдоним. Его настоящее имя, которое до сих пор не разглашалось, — Алексей Егоров. Потом никто не сможет доказать, действительно ли Санни любила Лоунтри или же КГБ дал ей задание завести с ним роман и дальше этого дело не шло. Как бы то ни было, вскоре после их знакомства Егоров стал настойчиво выпытывать у Лоунтри сведения о его работе и сослуживцах.
10 Марта 1986 г. срок полуторагодичной службы Лоунтри в посольстве истёк, и его направили в Вену. "Дядя Саша" приехал к нему в гости с закапанным слезами письмецом от его покинутой, но не забытой возлюбленной. Лоунтри передал Егорову телефонный справочник посольства США, найденный им в мусорном ведре, и план этажа отделения ЦРУ в Вене на плакате противопожарной безопасности. За каждый предмет Егоров заплатил ему по 1800 долларов. Лоунтри потратил эти деньги на подарки для своей советской подружки. Во время следующей встречи сотрудник КГБ показал Лоунтри несколько фотографий работников посольства, которых КГБ подозревал в шпионаже на ЦРУ.
Опознав трёх офицеров Управления, Лоунтри указал на них Егорову.
После этого Лоунтри занервничал. Он должен был вновь встретиться с Егоровым 27 декабря 1986 г., чтобы окончательно утвердить план своей тайной поездки в Москву на свидание с Санни. Про себя он считал, что не выдал Егорову никакой серьёзной информации, но знал, что, если вернётся в Москву с его помощью, обе стороны будут рассматривать Лоунтри как "полноценного" шпиона КГБ. Он решил открыться ЦРУ и предложить свои услуги в роли двойного агента против КГБ. Как ни странно, Лоунтри не знал, кто являлся руководителем венской резидентуры ЦРУ, и ему пришлось выяснять это у Егорова.
Сделав признание 14 декабря, Лоунтри заявил офицеру контрразведки ЦРУ, который допрашивал его в отеле "Интер континенталь", что хочет искупить свои грехи. Он вызвался убить Эдварда Ли Ховарда для ЦРУ.
Ховард объявился в Москве 7 августа 1986 г., почти через год после того, как в пустыне Нью-мексико он выпрыгнул из автомобиля и исчез. В телевизионном интервью, которое он дал сотруднику КГБ, Ховард настаивал на том, что не совершил ничего противозаконного, "не причинил никакого вреда американцам и не ставил под угрозу безопасность родной страны". Ни в ЦРУ, ни в ФБР ему никто не поверил.
Лоунтри сказал, что готов продолжить встречи с Егоровым и вернуться с ним в Москву. Там Лоунтри уговорит Егорова познакомить его с Ховардом. Затем он выманит Ховарда туда, где его смогут схватить агенты ЦРУ, или задушит его голыми руками.
Трудно сказать, насколько серьёзно ЦРУ отнеслось к предложению Лоунтри. Однако известно, что Управление не стало разубеждать Лоунтри в том, что его используют в некой тайной операции. Единственное, что от него требовалось, — это выложить все до конца, что он и сделал. Когда поток его откровений иссяк, Лоунтри вежливо попросили повторить свой рассказ другим офицерам разведки, которых офицер ЦРУ обтекаемо назвал "своими коллегами".
Лоунтри охотно согласился, не подозревая о том, что ему предстоит встреча не с сотрудниками ЦРУ, а с криминальными следователями военно-морской службы расследований (ВМСР), посланными, чтобы завести на него дело. ЦРУ, не уполномоченное на аресты, предоставило это сделать ВМСР. Через несколько минут легковерный Лоунтри уже изливал душу "коллегам"…
