– Ох, прости меня за мою бестактность. Ты возможно голодна? Или устала, можно все обсудить завтра. Давай комнату покажу?! – затараторил Блэйк. И меня осенила мысль – ему неуютно. Наше непринужденное общение осталось в прошлом. Мы чужие друг другу люди. «Боже, зачем я ответила – да?»
– Успокойся, все хорошо. Я бы на самом деле перекусила и обсудила условия. А утром уже бы озвучила все за и против. – Усмехнулась я, но Блэйк явно не испытывал того же веселья и легкости. Он молча кивнул в сторону кухни.
Я еще раз осмотрела гостиную зону: п-образный диван трансформер с декоративными подушками, в центре овальный журнальный столик, встроенная стенка по всей стене, конечно плазма, регулируемые светодиодные лампы и вазы с цветами. «Как-то не по-мужски. Чувствуется женская рука».
Обернулась на обеденную зону, где все по стандартам моих представлений: длинный стол, рассчитанный на большую семью человек из шести как минимум, стулья плотно придвинуты, а в центре стола опять же цветы.
Кухня была металлических оттенков. Кухонный остров, как отельная столовая зона, если не считать встроенной раковины, вся техника была встроена и выглядела лаконично и сдержано.
Марк зашел за кухонный остров к холодильнику и начал поочередно доставать продукты: сыр, ветчину, помидоры, салат и чесночный соус.
– Сейчас сделаю сендвич, – опустив руки под воду, пояснил друг.– Помнишь, как мы его любили в школе искусств?
– Ага, а потом нас выгоняли из аудитории, как стоило тебе открыть рот… – Мы рассмеялись.
– Миссис Клап просто меня не переносила на дух. – Сквозь смех сказал Блэйк, разрезая помидор на ровные дольки.
– Давай помогу. – Я скинула с себя куртку, бросив ее на спинку стула, и быстро помыла руки. – Где у тебя хлеб?
– Верхний ящик справа от плиты. – Кивком указал друг.
И я быстро проследовала за невидимой указкой. Достала тостерный хлеб и начала его резать по диагонали.
– Не вижу тостера.
– Я жарю… – хрипло начал Блэйк, но поперхнулся, что вызвало у меня волну смеха. – На гриль сковороде. – Парень указал на нижний ящик.
Я достала сковороду и включила плиту, бросая мимолетные взгляды в сторону Блэйка. Друг приступил к салату, периодически поглядывая на меня, а я отвечала точно такими же гляделками, но не выдержала его оценивающего взгляда и спросила.
– Почему ты так смотришь?
– Как?! – испуганно спросил он, словно его поймали за преступлением.
– Изучающе, – я отложила нож с ветчиной и прямо посмотрела на него. – Ты что-то хочешь сказать?
– Мне стыдно…
– Что?! – я удивлено уставилась на друга. – За что?
– Смотрю на тебя и понимаю, что скучал. – У меня внутри все ухнуло, а сердце так вообще выпрыгнуло из открытого рта. – Прости. – Он опустил голову и качнул ею. – Я не должен был исчезать. Даже не так – я не должен был отталкивать тебя. – Я не знала что сказать, и он продолжил монолог. – Ты одна из немногих, с кем мне было легко и комфортно. Ты всегда была мне поддержкой и опорой, а я вот так бросил тебя. Не выходил на связь, а если приезжал в город, то не соизволил даже проведать тебя.
– Ты приезжал? – Словно гром среди ясного неба. Меня окатили ледяной водой, и я отшатнулась, чувствуя, как холодеют руки.
– Прости…
Мне потребовалось немало усилий, чтобы сдержаться и не закричать в голос. То ли в плаче, то ли в смехе. Я отступила от друга и вышла из кухни, устремив взгляд в ночное небо сквозь стекло панорамы. «Я не могу закатывать ему истерик. Кто я такая? Друзья – это не семья». За спиной образовался Блэйк и аккуратно дотронулся моих плеч.
– Прости, если сможешь. – Обожгло щеку его дыханием и тело предательски покрылось мурашками.
По венам растекалось тепло, и хотелось обернуться, уткнуться в него, обхватив руками. Забыть прошлые годы и просто остановить время. Но из-за собственного страха или гордости я убрала его руки с плеч и повернулась к нему лицом. Набрав воздуха в лёгкие, я собралась с мыслями.
– Я не злюсь. Уже нет. – Тут же поправила себя. – Я скучала … – наконец позволила озвучить мысли. – Было тяжело. Но я не злюсь.
– Я надеюсь заслужить твое прощение, поэтому давай попробуем начать сначала?
– Я, по-моему, это первая предложила.
Марк усмехнулся.
– Иди сюда. – Он притянул меня к себе и крепко обнял.
Ох, чуть не растаяла, как мороженое под палящим солнцем июля. Я обхватила его руками, погружаясь в него, как дайвер в океан. Спеша к рифам и невероятным ощущениям. «Возможно, это сама судьба свела нас вновь? Специально разлучила, чтобы мы могли стереть дружбу и открыться новым чувствам? Наивно? Ну и ладно».
До обоняния дошел запах горелого, и я резко оттолкнулась от груди приятеля и испуганно выкрикнула.
– Хлеб! – ринулась к плите и без промедления схватила сковородку. Ощутив острую, обжигающую боль в ладони, я разжала пальцы. Сковорода с грохотом упала на пол.
Марк тут же оказался рядом. Он подтянул меня к себе, перешагивая разбросанный сгоревший хлеб и перевернутую сковороду, открыл кран с холодной водой.
– Держи руку под водой, а я сейчас яйцо подготовлю.
– Ты помнишь мамин рецепт? – удивилась я.
