— Ей бы полком командовать. Впереди на лихом коне. Вот баба железная.
У Артема и Дианы наступило счастливое время. Молодые и веселые, они дурачились и радовались всяким пустякам. Прекрасное время — ты молод, здоров, тебя все любят, и ты уверен, что мир создан для счастья! Время тянется бесконечно, а праздник никогда не кончается.
И тем не менее, вскоре Артем заволновался:
— Поздно уже, давай я тебя домой отвезу. Анна Вадимовна волноваться будет.
— Мы только еще разочек искупаемся, и все, — стала упрашивать Диана. — Мама знает, что я с тобой. Хоть и не любит тебя, но уверена, что ты меня защитишь. Ты меня защитишь, а, Артемка?
— Давай, купайся. А я посмотрю.
Диана медленно разделась и пошла к морю. Артем остался на берегу, задумчиво глядя вдаль.
Анна Вадимовна действительно не спала и ждала Диану. Разложила на столе какие-то документы, внимательно разглядывала их, готовясь к важному для нее разговору.
Наконец Анна Вадимовна задремала, уронив голову на скрещенные ручей. Ее разбудил грохот мотоцикла за окном. Она вздрогнула, подбежала к окну, посмотрела на часы.
— Дианочка, я же тебя просила, — укоризненно сказала она вошедшей дочери.
— Ма, не заводись. Мы просто купались.
— Ночью?
Но дочь не отвечала на вопрос, гремела кастрюлями на кухне.
— У-у, вкуснота, просто объеденье. Это тебя Пална научила?
— Почему это Пална? — обиделась Анна. — Я сама умею. Этот рецепт мне от мамы, бабки твоей, достался. Диана…
— Расскажешь, как делать? Я хочу научиться, — мурлыкала дочь.
— Ничего сложного нет. Ты бы в тарелку положила, хлебаешь, как щенок, из миски.
— А я и есть голодный и мокрый щенок. Из кастрюли вкуснее. И тарелку мыть не надо. А теперь: спать-спать-спать.
— Диана, погоди, мне нужно с тобой серьезно поговорить. Это касается твоей жизни. Нельзя так легкомысленно к ней относиться.
— Уф-ф, наелась, — оторвалась наконец Диана. — Тут еще и тебе осталось. А говорить сейчас со мной, тем более серьезно, бес-по-лез-но. И бессмысленно, потому что я практически уже первый сон вижу. Кра-асивый, цветной, гламурный.
Диана убрала посуду, стала раздеваться, уж очень спать хотелось. Тут зазвонил телефон. Диана прочла СМС и заулыбалась.
— Тут тебе один молодой человек привет шлет, — сказала она маме. — Догадайся с трех раз — какой. Бай-бай, мамуля. Ай лав ю.
Сергея разбудил телефонный звонок. Он открыл глаза, увидел рядом с собою Юльку, потянулся к телефону.
— Амалия. Совсем сдвинулась старая вешалка. Самой не спится и людям спать не дает, — пробурчал он, увидев, кто звонит. Сбросив вызов, Сергей снова улегся. Но телефон опять зазвонил.
— Кто это тарабанит? Сдурели, да? — бормотала Юля.
— Амалия, чтоб ей… — осекся Сергей.
Тут Юлька испуганно вскочила с кровати:
— Ой, я проспала. Амалия меня съест.
— Подавится. Спи давай, еще рано, — успокоил Сергей.
— Амалия на меня сафари устроила, каждое утро стоит с секундомером, немецкая овчарка. Приходится спринтерские результаты показывать. Меня скоро можно будет в олимпийскую сборную записывать.
— Но совсем по другому виду спорта, — ласково заметил Сергей, притянул Юльку к себе.
Но телефон надрывался.
— Ну, не дали поспать, не дали. Что вы еще от меня хотите? — возмутился Сергей.
— Амалия хочет на тебе жениться. Ночные звонки — это такая замануха.
Телефон все не унимался.
— Да отключи ты его на фиг. В смысле, отключите, пожалуйста, свое средство мобильной связи, уважаемый Сергей Анатольевич.
— Не могу. Вдруг Ника позвонит.
— Ой-ой-ой, какие мы нежные супруги.
Телефон снова заголосил. Сергей наконец взял трубку:
— Слушаю. Никитин. Что-о? Когда? Где? Да не где случилось, идиот, а где она, куда ее отвезли?
Он сгреб одежду, лежащую на полу возле кровати, бросился лихорадочно одеваться.
— Я к Нике. Прибери тут все, языком вылижи, закрой и выметайся, — скомандовал Сергей. Через минуту его уже не было в комнате.
Юля нехотя поднялась и стала убирать. Она взяла со стола фотографию Доминики и Сергея. Они так заразительно смеялись, что Юля даже передернула плечами от злости:
— Подумаешь, фу-ты ну-ты. Была б у меня такая фирма, я бы еще не так смеялась.
Что же там случилось, чего Амалия звонила? Юля позвонила в фирму, чтобы провести «разведку боем».
— Охрана? Кто, кто? Конь в пальто. Юля из приемной. А ты кто, что-то не узнаю?
— Олег Киреев.
— Не знаешь ли ты, Олежка, что там случилось с нашей Доминикой Юрьевной? Мне звонил Сергей Анатольевич, очень был взволнован. Но связь оборвалась.
— В больнице Доминика Юрьевна. Разбилась. Говорят, очень сильно. Говорят, не жилица, тьфу, тьфу, тьфу.
Юля замерла:
— Амалия знает?
— Я ей первый и сказал. А она велела Сергею Анатольевичу позвонить. Только он долго трубку не брал. Крепко спал, наверное.
— Наверное, — задумчиво протянула Юля.
— Где реанимация? — спросил Сергей у дежурной медсестры.
— Там. Мужчина, вы куда?! Туда нельзя!
Но для Сергея сейчас не было слова «нельзя». Подойдя к дверям реанимации, он увидел Амалию Станиславовну.
— Отдышитесь, Сергей Анатольевич. Вы плохо спали? — спросила как всегда подтянутая и строгая Амалия.
— Я? При чем тут я? Где Ника, что с ней? Что вообще произошло, черт побери?
