Я поймал себя на мысли, что очень хочу узнать, как живется людям князя. Тем, чью кровь сосут упыри. Это было болезненное любопытство. Нездоровое, я бы сказал: да простит мне Ирия этот грех. А я, в свою очередь, прощу его собственные. Уж слишком всемогущий любит издеваться над своими «детьми».
Кобыла нервно всхрапнула, заставив меня выругаться шепотом:
– Чтоб тебя… хренодрога мосластая.
Морра с интересом задрала головенку, прислушиваясь, и зашевелила губами.
Вот кто мне скажет, почему дети и говорящие птицы в первую очередь запоминают бранные слова? Ну разве это жизнь? Ни о богах плохо подумать, ни выругаться, Мо шизане!
Прозрачное редколесье предгорий совсем не защищало от ветра. Вампиры забрали гораздо севернее проторенного пути, и холодные порывы ветра, обжигая лицо, выдули последнее тепло из-под плаща. Я плотнее стянул его края, прикрывая малышку.
Чем выше мы поднимались в горы, тем хуже становилась погода: ударил мороз, и дождь на наших глазах нарастил на склонах корку наледи. Пришлось Агаи поколдовать над лошадиными копытами, чтобы не скользили. Непогода и трата сил на сложное заклинание обернулись неприятностями: Агаи сравнялся по бледности с вампирами, его глаза потускнели.
Я подъехал к Андру:
– Далеко до вашего убежища?
Вампир покачал головой:
– Нет. С час езды, не больше.
Не успел я порадоваться такой хорошей новости, как за спиной раздались испуганный вскрик Эрхены. Сирин все-таки потерял сознание. Он упал на землю, широко раскинув руки, словно пытаясь взлететь.
Правитель нежити осторожно перевернул юношу на спину. Его лицо было залито кровью. Парень сильно поранил лоб и содрал о камни кожу на переносице, хорошо еще, нос не сломал.
Я обвел сирин внимательным взглядом и попросил Морру:
– Полечи его немного.
Девочка сначала поводила ладонями над ссадинами, сращивая плоть, а затем растерла Агаи руки. Этого хватило, чтобы он пришел в себя: щеки Агаи прямо на глазах порозовели, он растерянно моргнул и обвел нас тревожным взглядом:
– А что случилось?
Правитель нежити протянул магу мокрый платок:
– Вытрите лицо как следует и быстрее садитесь в седло.
Я поморщился – да уж… запах свежей крови взбудоражит всю окрестную нежить. Плевать, что еще светло, тяжелые тучи превратили день в настоящие сумерки.
– Быстро в седло! Поедешь с Лаланном, – отдал я короткий приказ.
Сирин безропотно его выполнил: кажется, парень здорово испугался.
Андру, в свою очередь, поманил одного из своих этернус:
– Бегом вперед. Подготовишь все к нашему приезду. Первым делом займись печкой и согрей воды.
От мысли, что скоро мы окажемся в тепле, все повеселели. Даже Агаи улыбнулся:
– Больше не свалюсь, не переживай.
Убежище вампиров повергло меня в легкую растерянность. Не ожидал я найти посреди Пустоши таких хором. Начну с того, что этернус выломали убежище прямо в гранитной скале. Как и в Сырте, его узкий вход закрывался огромным каменным кругом, который можно было откатить по желобу и заклинить камнями. Помещение состояло из двух больших залов и комнаты поменьше. Один из залов приспособили под хранилище и конюшню. В самой маленькой комнате упыри соорудили странной конструкции печь – прямоугольную и низкую, с протянутой по полу трубой, на которой можно было лежать и сидеть.
Печь меня несказанно обрадовала, хотя и удивила немало. Как-то не вязалась она с вампирами: за каким демоном кровососам тепло, если они неживые?!
Конечно, я тут же спросил об этом князя, он в ответ лишь вздохнул:
– Один из недостатков не-жизни – вечный холод: сказывается недостаток жизненной силы. Так что теплые печи мы любим не меньше людей, хотя самое надежное средство согреться для нас – это свежая кровь.
У меня вырвалось непроизвольное хмыканье – кто бы сомневался.
Я не успокоился, пока не заглянул во все углы и лари. Князь к безопасности и удобствам подходил серьезно. Временное убежище этернус могло вместить человек тридцать – не меньше. И с десять лошадей. Кроме дров для печи в нем хранили овес, крупу и вино. Воду я обнаружил в небольшом гранитном бассейне. Я не сумел рассмотреть, откуда ее берут, но почему-то остался уверен, что не из ближайшего ручья. При склонности князя к изобретениям, он наверняка придумал систему для сбора дождя.
В общем, прогулявшись, я сделал вывод: при необходимости в подземном жилище можно с комфортом прожить всю зиму компанией из трех-четырех человек. Вампиры даже нужник предусмотрели. Кто бы еще объяснил, за каким… он нежити сдался.
В ответ на мой вопросительный взгляд вампир негромко рассмеялся:
– Дюс, неужели вы верите байкам, что у нас нет других потребностей, кроме крови? Ну же, не разочаровывайте меня.
И словно в подтверждение его слов, один из этернус зачерпнул полную кружку воды и с жадностью выпил.
– А это-то вам зачем? – не сдержал я удивления.
Андру улыбнулся:
– Помните сказку о злом колдуне, которого держали в подземелье? И которого нельзя было поить?
