— Простите, милая Эрхена, вынужден вас покинуть. Верьте, этот сон правдив. — А затем самым наглым образом подмигнул девчонке.
Такая фривольность уже ни в какие ворота не лезла. Так думал не я один — Рис за моей спиной тихо выругался сквозь зубы. Мы посторонились, этернус еще раз раскланялся и ушел, оставив нас в препаршивейшем настроении. Я глянул на Эрхену. Кажется, она совсем не понимала, что смазливой пиявке на самом деле нет ни малейшего дела до женских прелестей.
Девушка нервно погладила стол, на ее руке блеснул новый серебряный браслет, вконец испортив мне настроение. И не мне одному: Рис неожиданно разразился длинным монологом, который понять, увы, не получилось: милитес для большей доходчивости заговорил на хогарском. Впрочем, по тону было ясно — Эрхене досталась отнюдь не похвала: Лаланн говорил отрывисто и резко, словно наотмашь бил. Девушка сразу притихла, угрюмо уставилась в пол, а затем удрала на "женскую" половину. Правда, это не помогло: Рис успокоился не сразу — бросил вдогонку беглянке еще несколько фраз, полных яда, удовлетворенно прислушался к сдавленному всхлипу, и сам себе кивнул:
— Вот так-то лучше! — После чего грозно глянул на Морру.
Она затаилась мышкой, выставив мою подушку словно щит. Встретившись взглядом с Лаланном, малышка на мгновение застыла глазастым совенком, а затем убежала вслед за Эрхеной; даже игрушки не взяла.
Оставшись победителем на "поле боя", Рис схватил бокал, плеснул в него вина, осушил одним глотком драгоценный напиток и буркнул, словно это все объяснило:
— Женщины…
— Как Агаи?
— Лучше, — уже спокойно ответил Рис, — дышит свежим воздухом на стене. Я зашел за плащами.
С этими словами милитес сдернул со стула одежду и вышел из комнаты, оставив меня слушать сдавленные рыдания.
Что же такого он наговорил девчонке? Впрочем, неважно, главное, чтобы на пользу пошло, иначе дело кончится плохо.
В светлое время суток, когда на улицах появились люди, столица вампиров стала еще больше похожа на обычный городок. Особенно площадь перед замком. Вчера я не обратил внимания на горы снега справа и слева от дороги, а сегодня увидел, что это были вовсе не сугробы. Справа высилась самая настоящая снежная крепость высотой мне по грудь. С башнями, бойницами, аркой ворот. А слева — нагромождения утрамбованного снега, с гротами, пещерами, горками. Детвора облепила и крепость, и горки, что те муравьи.
Сразу подумалось: "Хорошо бы сводить сюда Морру на прогулку" — и я пожалел, что вчера не заметил снежных потех. Развлекли бы с утра девчонок. А с другой стороны, может и правильно, что не заметил. Чем дальше мы держимся от вампирских сервов, тем меньше шансов в конце концов оказаться с ними в одном ряду.
Стоило нам выйти на улицу, как следом увязалась небольшая стайка детишек. Они караулили нас за воротами, ознаменовав появление гостей воплем: "Идут! Идут!". И если взрослые попросту выползли на порожки домов, то дети, не стесняясь своего любопытства, бежали за нами во всю прыть. Мы стали главной диковинкой города нежити, бесплатным развлечением, подобному балагану уродов с главной "звездой" в моем лице.
Так мы добрались до первой башни. На стук Игнаса вышел пожилой мужчина. Увидев вампира, он торопливо сгорбил спину в поклоне, чем вызвал тяжелый вздох у Лаланна. Его просто корежило преклонение людей перед нежитью. Меня — уже нет. Привык.
— Открой дверь в башню, — приказал этернус, и я отчетливо услышал еще один вздох. Только на этот раз он вырвался у человека, который явно обрадовался, что причиной неожиданного визита стала всего лишь башня.
Мужчина торопливо порскнул выполнять приказ, осторожно покосившись в нашу сторону. Серва, как и слуг, смутили незнакомые лица. Он никак не мог разобраться в нашем статусе: какое положение мы занимаем среди господ? И судя по взволнованному лицу, мужчину сильно тревожило, что мы держимся с вампирами как ровня.
Я усмехнулся про себя — как бы упыри не прогадали, пустив нас в Азалу. Неизвестно, какие выводы сделают сервы, глядя на нас; могут ведь задуматься о своем месте в этом мире.
— Ты нам не нужен, — отпустил хозяина Игнас, и тот торопливо ретировался из холодной башни в дом, а мы последовали за вампиром на второй этаж. Крутая лестница вывела сначала в оружейную — там хранились луки, арбалеты, связки болтов и стрел. По-видимому, вампиры абсолютно не опасались рабов, раз держали столько оружия в свободном доступе.
Я прошелся вдоль полок. Меня заинтересовали луки. На мой взгляд, они предназначались исключительно для вампиров — уж больно были мощными. У людей попросту не хватило бы сил натянуть тетиву. А вот арбалеты годились и тем, и другим. Значит, Андру рассчитывал использовать для обороны все возможности города, включая людей.
Мы поднялись еще выше — на площадку. Там стояла аркбаллиста, закутанная в промасленную парусину. Крыши на башне не было, воинов защищали лишь зубцы. Оно и понятно, стрелять-то придется по птицам.
— Кто стрелок? — поинтересовался я.
— Этернус. В помощниках три человека. Пока они перезаряжают, он стреляет из лука.
