— Не обязательно, — просипел я, пытаясь сделать из нашего с Лизой совместного пребывания что-то более целомудренное. — Можно доставку заказать. Лизон, пиццу будешь?
Лиза села на табуреточку, видимо, предназначенную для звонаря; я остался сидеть на брусчатке, которой был выложен пол. Вопрос про пиццу девчонка проигнорировала — её, видимо, больше занимали твари, нарезающие круги.
Я же, продышавшись, достал из кармана телефон и решительно нажал на повтор последнего вызова.
— Добрый день! Отель «Мегасфера». Чем я могу вам помочь?
Тот же голос. Ну… Ну, ладно, видимо, свой лимит везения на сегодня я исчерпал. Не в претензии, так-то.
— Девушка, здравствуйте. Я вчера у вас был — аквариум чистил, помните?
— Здравствуйте, да, помню вас…
— Меня, кстати, Тимур зовут.
— М-м-м…
— Ваша коллега — кажется, Изольда, — сексуально до меня домогалась.
Лиза вздрогнула и уставилась на меня, хлопая глазами.
— Простите? — обалдел голос в трубке.
— Вы всё правильно услышали. Я до сих пор, если честно, в шоке. Мы с моей девушкой сейчас в Борисоглебской церкви, пытаемся как-то с этим справиться, но, честно, не знаю… Я чувствую себя грязным, мне неприятно, и мы бы хотели получить компенсацию. Передайте ей, что если она в течение часа мне эту компенсацию не предоставит, то мой следующий звонок будет вашему директору. И я ему расскажу, для каких целей ваша сотрудница использует номера в отеле.
— Поняла вас. Хорошо, я передам.
— Борисоглебская церковь. Тимур. И телефон запишите, на всякий случай.
Я продиктовал свой номер и отключился. Закрыл глаза, лёг затылком на тёплое брёвнышко сруба.
— Тимур? — позвала Лиза.
— М?
— Ты же соврал?
— Почему так думаешь?
— Ну… Не знаю. Бред же какой-то.
— Может, и бред. Однако эта прекрасная девушка сейчас либо позвонит Изольде и предупредит её, что маловероятно. Либо поскачет стучать начальству, и начальство само позвонит Изольде.
— Но у неё ведь неприятности будут, наверное…
— Неприятности, Лиза, сейчас у нас с тобой — вот, вокруг летают. А у Изольды — это так, мелкие неурядицы. Всё познаётся в сравнении.
Лиза помолчала. Потом спросила:
— А кто такая Изольда?
На середине путанного объяснения мой телефон зазвонил. Номер был неизвестным.
— Да?
— Тимур? Ты что, пьяный? — прорычала Изольда не своим голосом.
— Угу, до чертей допился. Аж четверо вокруг циркулируют.
— Что?
— Когда мерещатся не нормальные черти, а уроды с вытянутыми синими мордами и в чёрных одеждах — это совсем плохо?
На секунду повисла пауза. Потом Изольда вскрикнула:
— Но они не должны были на тебя нападать! Это… Немыслимо! Погоди. Ты сказал, что ты с девушкой. Это же не…
— Бинго.
Секунд пять трубка молчала, потом сухо бросила:
— Мы выезжаем.
Я устало опустил руку с телефоном. Улыбнулся Лизе:
— Ждём.
Она кивнула.
— Если бы не знал, что юмор — не твоё, решил бы, что это розыгрыш, — сказал Денис Изольде.
За рулём белого Haval-а сидел Ван, сам Денис — рядом, на пассажирском сиденье. Они неслись от отеля к Борисоглебской церкви со скоростью берущего разгон истребителя.
Каким образом китаец ухитряется без навигатора прокладывать маршрут, максимально не загруженный автомобилями, голодными ДПС-никами и красными светофорами по сто двадцать секунд штука, Денис не спрашивал. Сам он ездил на мотоцикле, автомобилистов презирал как класс и демонстрировать уважение к ним в какой бы то ни было форме не стремился.
Изольда говорила из смарта, закрепленного на приборной панели. Дениса, в отличие от большинства его коллег, технические новинки не пугали. Скорее, наоборот — интересно было всё новое. Он и на паровые машины смотрел с восторгом, и появлению двигателя внутреннего сгорания обрадовался, и синематографу, едва увидев, предрекал большое будущее. Телефонный аппарат в его квартире появился ещё в начале тридцатых, почти сто лет назад. Барышень очень впечатляло. Не меньше, чем нынешних — последние модели смартов.
— Это не розыгрыш, — сказала Изольда.
— Да я понял, — Денис зевнул. — Не понял бы — не понёсся бы со всех ног. Бросив, между прочим, прямо на столе чрезвычайно перспективную даму.
— У тебя все дамы — перспективные.
— Само собой. Но попадаются чрезвычайно перспективные… Как, говоришь, зовут это чудо природы?
— Тимур. Поспешите, пожалуйста! Он там…
Денис поморщился.
— А то я не знаю, что «там». Почему и удивляюсь — зелёный, едва проснувшийся пацан выстоял против четырех пожирателей! При этом не только сам жив, но и ухитрился уберечь неподготовленную душу. И до сих пор оберегает. В уме, в сознании, да ещё придумал способ заставить эту стервозину Алину шевелиться.
Тимуру повезло: в момент его звонка мимо ресепшена шла горничная, направляющаяся в прачечную. Она слышала, что говорит Алина. И едва войдя на технический этаж, застрекотала: Изольда-то с ресепшена, представляете⁈ Недотрога-то наша! Какова, а?..
