Этот шрам на моей руке оставил клинок тощего.Эти, на груди, — меч-цеп варвара.Этот, на плече, — топор дровосека.А этот скрипучий шёпот — всё, что осталось от моего голоса, — шрам, нанесённый ревностью Лорда Певца.Они забрали моё тело и мою жизнь, бросили меня на растерзание воронам. Но не все мертвецы покоятся в мире.
Переводчики: Redrick, Velnosfer, Kajsa, Filit, Beobachter, Eva Tornado, Gho5ty, Гекатерина, Sophia.
Редакторы: Redrick, Дориана.
Тарсах, 30 Месяца Гроз, Год Змея (1359 по Летоисчислению Долин)
Он бежал через лес, шарахаясь от каждой тени, от любой шевельнувшейся ветви. Судя по положению луны, наступила полночь, но юноша вряд ли обратил на это внимание. Его тело было жестоко исцарапано кустарником, ветвями и камнями, а одежда в результате отчаянного бегства превратилась в лохмотья.
Мальчик был готов на всё, лишь бы сбежать от преследователей.
На каждом шагу он видел жестокие лица, настоящие и воображаемые, и иногда его сбивали с ног удары кулаков. Каждый раз он поднимался вновь. В голове звенело, перед глазами все плыло, сил хватало только на бег. Позади звучал издевательский смех. С ним играли, как кошка с пойманной мышью, позволяли бежать, позволяли надеяться, что он сможет уйти, на самом деле просто подтачивая его и без того хрупкое мужество и решительность.
— Эй, Ри-ин, — раздался чей-то голос. — Сюда, малыш Рин!
Вздрогнув от неожиданности, Рин Тардейн споткнулся, запутавшись в собственных ногах, и с криком упал с каменистого склона прямо в мутный ручей. Он попытался встать, но правую ногу пронзила острая боль, и мальчик неожиданно для себя взвизгнул, рухнув обратно в воду. Рин услышал приближавшиеся голоса и застыл в нерешительности, не зная, куда бежать и есть ли вообще в этом смысл.
Юноша пытался придумать, как оттащить свое двенадцатилетнее тело подальше отсюда, когда услышал среди деревьев шаги. Он замер.
— Зачем ты убегаешь, милашка? — позвал резкий голос. — Иди сюда, давай потанцуем. Я тебя научу…
— Маленькое мерзкое гоблинское отродье! — к первому голосу присоединился второй, грубый. — Давай встретимся лицом к лицу, как мужчины. Мы не сделаем тебе больно… ну, не очень.
Он съежился, прячась поглубже в ил и в воду, и заметил две двигавшихся тени, принадлежавших тем, кто кричал. Казалось, они его не заметили.
Пытаясь успокоить дыхание, Рин мысленно напевал себе под нос навязчивую песенку — снова и снова. Всё будет хорошо, всё…
Юноша услышал всплеск позади себя. Он осторожно повернулся взглянуть.
Мальчик с черными как смоль кудрями, разодетый в дорогие шелка, переходил ручей вброд. Рин умоляюще взглянул в глаза мальчишки, и увидел там нежелание выдавать его, даже сочувствие. Нельзя винить сына в грехах отца.
— Я нашел его! — крикнул мальчик. Это был приговор.
И они пришли за Рином. Грубые руки вцепились в его плечи и схватили сломанную ногу. Тщетно он рыдал и звал мать. Его бросили в круг между деревьев и стали бить подкованными сапогами. Под ударами сломались ребра, руки и вторая нога, а когда он попытался встать, боль швырнула его обратно на землю прежде, чем мучители успели вновь сбить мальчика с ног.
Наконец избиение прекратилось. Рин поднял мутный взгляд покрасневших глаз.
— А теперь ты умрешь, мальчик, — прохрипел грубый голос. Огромный мужчина с тяжелым топором возвышался над ним, поглаживая свое оружие.
— Ну уж нет, пускай сначала потанцует со мной, — сказал тощий. В его руке блеснула рапира, и он взмахнул ею, разрезав воздух. — Я буду наслаждаться, раскрашивая его красным узором, наблюдая за неловкими движениями… Потанцуй со мной, мальчик. Я — последнее, что ты увидишь в этой жизни.
— Если кто из нас и убьет его, то это буду я! — злобно оскалившись, рыкнул смахивавший на медведя здоровяк. — Я раскрошу его кости и разорву мясо своими зубами!!
Застонав, Рин попытался сжаться в комок, подальше от них, подальше от мира, полного боли.
— Хватит, джентльмены, — произнес предводитель своим мелодичным голосом. Его Рин боялся больше всех — того, кто за всем этим стоял. Того, кто командовал остальными. Рин отчаянно хотел оказаться от него подальше, как можно дальше от человека, которым когда-то хотел стать.
— Пожалуйста… пожалуйста, мми…лорд Грейт… — выговорил мальчик потрескавшимися губами. Надломленный голос был полон боли.
