На следующий день я был свободен, поэтому позвонил Ефиму Прохоровичу и договорился с ним о дополнительных занятиях. Весь день я снова упражнялся в создании призрачной брони, но результат был прежний. Зато преподаватель научил меня перекидывать меч из руки в руку. Раньше я этого делать не мог и когда отпускал меч, он тут же пропадал. Теперь же я с легкостью менял руки.
— Поздравляю. Это был еще один шаг к созданию арбалета, — Ефим Прохорович похлопал меня по плечу, когда мы вышли из академии.
— Спасибо. Насчет соревнований. Во сколько будем выезжать?
— Торжественное открытие соревнований будет только в обед, а сразу за ним начнется первый этап, поэтому я купил билеты на дирижабль на шесть утра. Встречаемся на крыльце академии.
— Хорошо. До встречи.
Вечером позвонила Даша и сказала, что они с Марией Ильиничной собираются завтра приехать. Я обещал, что проведу с ней время, и мы условились, что встречу их на вокзале. Хотел настоять на такси, но отказался от этой идеи, ведь прекрасно знал, как она любит ездить на поездах.
Поужинав вчерашней картошкой со столовскими котлетами, я забрался под одеяло с книгами, которые брал почитать у преподавателя по истории Разломов. Я о них и думать забыл, но при упражнении с фантомом нашел на дне чемодана.
В одной из книг говорилось, что на самом деле Разломы появились не триста лет назад, как все думают, а гораздо раньше. Сохранились летописи различных историков, которые описывают нечто подобное. Также на Урале в каком-то гроте исследователи обнаружили наскальную живопись, на которой было изображено что-то очень похожее на вход в Разлом. В конце книги автор задался вопросом: куда же пропали Разломы, ведь в Средние века о них не было ни слова? А, может, их все-таки можно закрыть, и древние люди знали, как это сделать?
Хм, мне тоже стало интересно, можно ли их закрыть. Ведь за триста лет ни один Разлом не пропал. Более того, ученые до сих пор не выяснили, как вообще они появляются.
Я вспомнил, как в детстве родители выписывали для меня научно-популярные журналы, в которых не раз рассказывалось о том, какие раритетные вещи находили охотники в Разломах. Это были вещи первых охотников, которые стояли на страже империи от этого зла. Правда, с годами зло превратилось в прибыльное дело.
Пролистав вторую книгу, я понял, что в ней то же самое, о чем говорил преподаватель. Получалось, что в академии существовала цензура, по которой рассказывалась только официальная версия истории Разломов и ни слова о том, что когда-то они уже были. Интересно, государство целенаправленно скрывает эту информацию или в первой книге ошибочные суждения?
Я решил не нагружать голову на ночь глядя и, убрав книги, позвонил Лизе. Та обрадовалась моему звонку, но сказала, что успела заснуть. Оказывается, увлекшись чтением, я не заметил, как наступила полночь. Пожелав девушке спокойной ночи и пообещав позвонить завтра, я выключил телефон и лег спать.
Мне снова приснилась прошлая жизнь. Это была мрачная влажная темница с тяжелым, спертым запахом. Я стоял у толстой решетки, за которой на деревянной кровати без матраса сидела совсем юная девушка. Она не спеша заплетала длинные волосы в тонкие косички и напевала заунывную мелодию. Я знал, что она не сможет долго сопротивляться. Нужно было только время. Конечно, можно было бы подвергнуть ее пыткам и заставить рассказать то, о чем могла знать только она, но я не хотел пока применять силу.
— Зачем ты приходишь сюда каждый день? — наконец спросила она и посмотрела на меня своим пронизывающим взглядом черных глаз. Девушка показалась знакомой, но я не понимал, где мог ее видеть.
— Я хочу знать свое будущее. Только ты можешь мне сказать.
— А как же твои Оракулы? Почему они не расскажут?
— Они боятся, поэтому говорят только хорошее. Но я знаю, что меня впереди что-то ждет. Это что-то гложет мою душу и вселяет неуверенность. Скажи мне, что же такое темное витает вокруг меня?
— А-а-а, ты уже чувствуешь. Значит, это совсем близко. Вот-вот придет к тебе, — зловеще прошептала она и не по-детски захохотала.
На самом деле этой «девушке» было много сотен лет и творила она много зла, но также была очень сильна, поэтому видела будущее.
— Не испытывай мое терпение. Сама знаешь, я ни перед чем не остановлюсь, — сухо ответил я.
Ведьма спрыгнула с кровати, ринулась к решетке и схватилась за прутья. Ее черные глаза вспыхнули красным огнем, а косы начали извиваться, словно змеи.
— Ты все потеряешь. Ты будешь никем. У тебя не будет ни власти, ни денег, ни силы. Дно — вот то место, что уготовано тебе, — прошипела она.
И тут я понял, кого она мне напоминает — цыганку Мирелу.
Пробуждение было тяжелым. Меня будто обухом по голове огрели. В ушах до сих пор звучали последние слова ведьмы. И она была права. После всего того, что я имел в прошлой жизни, эта жизнь была дном. Но я — не я, если снова не поднимусь.
Я позавтракал и позвонил Даше. Они с гувернанткой уже подъезжали к городу, поэтому вызвал такси, вышел из дома и направился к дороге.
Когда подъехал к вокзалу, то они уже ждали меня в зале ожидания.
