В общем, я пребывал в депрессии. Позже мне было немного стыдно, что в свои годы я поддался этому страшному слову – «депрессия». Но уж что есть, то есть. Заботами я занимался на автомате, да и то далеко не всеми. Про ресторан, например, я на какое-то время просто забыл. Вступительные экзамены я не пропустил только потому, что о них напомнила осторожная Кохана. Вообще из обитателей нашего дома своего поведения в тот время не изменил только Когарасу-Мару – он как был гопником-шутником, так им и остался. Остальные же… Куфуран старался меня избегать, Коки, казалось, стала чуть более отзывчивой, что для нашей зашики-вараши, всегда державшей лицо кирпичом, было довольно удивительно, Кохана – крайне осторожной. Она как-то пыталась облегчить мои страдания, придя ко мне в комнату под вечер в одной сорочке… Стыдно, но я вспылил. Да так, что потом пришлось делать ремонт в доме и лечить мне руку, так как мечом я пользоваться не стал, а просто «отмахнулся» от нее. Юки-онна чудом тогда выжила. Старик-цукумогами стал очень молчаливым. Так-то он достаточно общительный, но в то время я от него ни слова не услышал. Во всяком случае, не помню такого. Ну а дядя… Дядя Ичиро всегда был где-то рядом, но лезть не решался. Можно сказать, что он стал моей молчаливой тенью. Ах да, Джокишимас. Этот паучище тоже от меня скрывался, причем получше тэнгу – его я за тот месяц вообще ни разу не увидел.
В чувство меня привела Даан. Удивительно, но факт. В то время, как остальные ходили вокруг меня на цыпочках, – кроме Когарасу-Мару, но даже он не лез с советами, – кореянка, когда узнала, отчего все в доме такие угрюмые, схватила меня за шкирку и притащила из гостиной в мою комнату.
– Ну, рассказывай, – уперла она руки в бока.
– О чем? – поправил я рубашку.
Даан не была своей, и, как бы хреново мне ни было, держать образ перед ней приходилось. Привычка.
– Об этой своей девке.
– Она не девка, – поджал я губы.
– Если бы она тебя любила, все не произошло бы так резко, а Ичиро-сан сказал, что именно так и было.
Забавно, но в тот момент мой мозг зацепился за другое.
– Ты говоришь по-японски?
До этого момента для общения с ней я надевал специальный артефакт, а сейчас мне было на это плевать. Да и не дала она мне на это времени.
– А ты только сейчас об этом узнал? – удивилась она.
Акцент все еще присутствовал, но еле заметный.
– Представь себе, – хмыкнул я.
Право слово, стал бы я тогда задавать подобный вопрос.
– На что только не приходится идти девушке, чтобы быть рядом с любимым, – приложила она ладонь к щеке. – А что для этого сделала твоя девка?
– Она не девка, – повторил я раздраженно.
– А кто она еще, так шустро переметнувшись к другому? Я тебе более того скажу – она тупая девка! Променять Окава на не пойми кого.
– Сердцу не прикажешь, – отвернулся я.
Умом я понимал, что она права, но признать это вслух не мог. А ведь она еще всей информацией не владеет – наш последний с Сумирэ разговор я не пересказывал никому.
– Чушь собачья! – заявила Даан. – Уверена – она просто меркантильная девка.
– В третий раз тебе говорю… – снова повернулся я к ней.
– Тварь мелкая, вот она кто.
– Не смей. Ты ее не знаешь, – начал я закипать.
– Правда глаза режет? – усмехнулась Даан. – Неужто так сложно осознать, что бессмысленно переживать о тех, кто тебя бросил?
– Не тебе об этом говорить, – выплюнул я. – Ты который уже год за дядей увиваешься и что? Неужто не дошло, что тебя динамят? Может пора бы уже другую цель для домогательств найти?
От такого ответа у нее брови на лоб полезли.
– Следи за языком, малыш, а то его тебе кто-нибудь отрежет.
– Что, правда глаза режет? – усмехнулся я.
– Меня, по крайней мере, никто не бросал, поимев перед этим, – процедила она.
– Имел там только я, а у тебя еще все впереди.
– Не выросла еще в мире такая имелка, чтобы на меня зариться, – скривилось в злобе ее лицо.
– Оу. И как же ты это проверяла? – начал я издеваться. – Классическая поза, а может по-собачьи? Ах да, тогда бы ты не смогла бросаться такими словами, ты ведь у нас нетронутая. Тогда, может, минет…
Осознание того, что я зашел слишком далеко, пришло ко мне спустя секунду, а в то мгновение я на автомате сделал шаг назад и уставился на зеленый, созданный магией меч, кончик лезвия которого находился в нескольких сантиметрах от моего лица.
– Заканчивай с рефлексиями и забудь уже свою сучку, – бросила Даан после небольшой паузы. – И следи за языком. Если бы не Ичиро-сан, твоя железка тебе бы не помогла, – презрительно покосилась она на мой меч у своего горла.
Только вот боюсь, что из-за недооценки противника она могла сейчас на тот свет отправиться, а у нас с дядей были бы большие проблемы. Чудо, что я сумел в таком раздрае остановить себя. Впрочем, как ни крути, виноват в произошедшем я. Так что, осторожно отведя ее меч в сторону, бросил свой в ножны и убрал его в пространственный карман, после чего молча вышел из комнаты. Хотелось в тренировочную комнату порубить пару десятков духов, но пока в доме посторонний… точнее, пока в доме Даан, свое желание я могу выполнить только в тренировочном клубе.
