Вытянув вперед руку, он застыл, создавая заклинание, я же начал уничтожение ёкаев, которые вдруг полезли изо всех щелей. Продолжалось это недолго. До дяди ни один дух не добрался, а хотели они именно этого, правда никого серьезного на нас не натравливали, так что итог был очевиден с самого начала. Небольшой вихрь упорядоченной маны вокруг ладони дяди наконец улегся, и от нас в сторону ворот понесся земляной вал метра два в высоту и десять в длину. Перед столкновением с препятствием он вырос еще на пару метров и, слегка ускорившись, буквально снес и часть забора, и ворота.
– Я так понимаю, – произнес я, осматриваясь в поисках новых ёкаев, так как старые закончились, – это было нелегко.
– Такую цель, да в одиночку? – усмехнулся дядя, тряся рукой. – Даже если бы меня не ограничивала защита поместья, это было бы нелегко.
– Надо было меня попросить, – покачал я головой.
– Ты бы снес только видимую часть преграды.
– Дядя Ичиро, – произнес я иронично. – Я бы снес вообще все.
– Да? – удивился он. – Даже то, что не видишь и о чем не догадываешься?
– Эм… Ну… при большом желании, – отвел я глаза.
Главное проблема тут именно в «о чем не догадываешься».
– Замнем, – повернулся дядя в сторону поместья. – «Ссаат», – сжал он руку в кулак, а когда разжал, с его ладони сорвалась черная клякса, полетевшая в сторону пробитого дядей прохода.
Исчезла клякса только рядом с одним из домов в дали, после чего дядя кивнул сам себе и направился вперед.
Старика Махиро мы нашли быстро, он, как и я недавно, стоял на пороге своего дома, окруженный вассалами. А вот его сына видно не было.
– Здравствуй, дядя Махиро, – произнес дядя сухо.
– Ваша семейка всегда была большой проблемой, – ответил старик.
– А ваша всегда разрывала род на части, – прищурился дядя.
– Не неси чушь, род всегда был для нас на первом месте.
– Тогда зачем вы убили Хану?
– Мы ее не убивали, – усмехнулся старик.
– Решил поиграть словами? – покачал головой дядя. – Знаешь, мы ведь ваших женщин и детей тоже пальцем не тронем.
– Они ни при чем, – вмиг стал серьезным старик.
– А при чем была Хана?
– Какая же ты тварь! – выплюнул Махиро.
– Забавно это слышать от тебя, – поджал губы дядя. – Но ты продолжай, не молчи. С удовольствием тебя послушаю.
– Она умерла по твоей вине, – процедил старик.
– Оу, – приподнял брови дядя. – Как-то это банально. Почему-то именно такого ответа я и ожидал. Вы явно пересмотрели фильмов, дядя Махиро. Давайте уже по делу.
– Твоя сестра умерла, когда ты решил передать ей право управлять божеством.
– Я? – удивился дядя. Но я-то видел, что сделал он это показательно. – Не помню такого.
– Да, да, – оскалился старик, – еще скажи, что этого не было. Это ведь было такое хитрое решение, – издевался старик. – Автоматом возвращающее ее в род. А ты хотя бы задумался, что обиженная на всех девчонка может сотворить все, что угодно?
– Ну да – вам бы божество уж точно не досталось, – скривился дядя.
– Идиот! Она вообще могла отдать его другому роду!
– До чего жажда власти доводит, – покачал дядя головой. – Она бы никогда не лишила своего ребенка такого преимущества.
– Твой драбл даже не смог бы этим преимуществом воспользоваться.
– Так никто бы… А-а-а, так вот, в чем дело, – покивал дядя. – Хана мертва, у меня детей нет, Кеншин – драбл. Если не передать ему права на управление божеством, он ну никак не сможет претендовать на титул главы рода, то есть главным претендентом становится кто-то из твоей семьи. В общем, кому угодно, но только не ему – он-то их передать никому не сможет, а пока я жив, добраться до него крайне сложно.
– Тогда почему мама, а не я? – влез я в разговор.
– А кому бы я передал тогда управление богом? – ответил дядя, пристально наблюдая за стариком. – Уж точно не его семье.
– Своим детям, например? – удивился я.
– Ха, так он не знает, да? – усмехнулся старик.
Стоп, он часом не намекает на то, что дядя не может иметь детей?
– В общем, Кеншин, – подвёл дядя итог, не обратив внимания на слова старика, – у него просто не было другого пути, кроме как не трогать тебя и пытаться как-нибудь забрать у меня управление божеством. Хана бы отдала его тебе, не раздумывая.
– Значит, ты все-таки признаешь, что сам виноват в ее смерти, – усмехнулся старик.
– Конечно нет, – развел дядя руки в стороны, – ведь это не повод убивать родственницу. Просто ваша семейка – жадные до власти твари.
И стоило отзвучать последним словам, дядя дернул ладонями вниз. Впрочем, наши противники напряглись, стоило ему развести руки, так что первое, что они сделали, когда под нами развернулась огромная фиолетовая пиктограмма, это поставили щит. И лишь потом атаковали.
