Наш номер первый проиграл. Увы, но, кажется, сегодня не наш день – до меня очередь вряд ли дойдет. Второй номер выиграл, что внушало надежду, но не более. Рензо проиграл – к сожалению, противник объективно был выше его на голову. Да, физически он уступал нашему бойцу, но не настолько сильно, чтобы это сыграло свою роль, как в прошлый раз. Оставался четвертый номер, на которого легла большая ответственность. Если он проиграет, то проиграет команда, если выиграет, то очередь дойдет до меня. А уж я не уступлю свой бой, не их пятому номеру. К сожалению, наш четвертый номер и по силе был четвертым. Точнее, если брать в учет достижение Рензо в прошлом бою, то теперь именно он оказался среди нас самым слабым бойцом. Его бы первым номером в этом бою поставить, да кто же знал, что все так получится? Четвертый номер противников был именно тем, кем и должен быть в классической расстановке, – не самым сильным бойцом команды, но умелым, чтобы, если потребуется, потянуть бой, выжидая удобного момента для результативной атаки. Только вот в нашем случае он вряд ли будет долго тянуть.
Подойдя к сэмпаю, я со вздохом произнес:
– Начинайте бой с укола, сэмпай. Вы, третьегодки, на этом турнире в основном начинали именно с него, так что он будет начеку, но я до конца не уверен. Постарайтесь не потерять при этом очко. Нападайте по принципу «укол – укол – удар». Если схлопочете попадание, то работайте как угодно, но без уколов и прямых сверху – скорее всего, в этом случае вы его достанете. Если первым очко возьмете вы, то… Собственно, опять же – без уколов и ударов. Подобным образом еще никто из вас не действовал, так что шансы будут велики. Со счетом один – один при любом раскладе возвращайтесь на проверенные атаки, вы их тренировали больше всех и именно они являются вашей сильной стороной. Действуйте непредсказуемо, без системы, только все же меняйте типы атак. Не надо бить одними лишь уколами или ударами сверху.
Глубоко вздохнув, сэмпай медленно выдохнул, после чего надел маску и произнес:
– Сделаю.
После команды судьи наш сэмпай сделал, наверное, самый быстрый и чистый, лучший подход и укол в голову в своей жизни. Классический. Идеальный. Чем в мгновение ока заработал нашей команде очко. От радости я даже не удивился, насколько отлично у него все получилось. В тот момент я радовался результату, а не тому, как он достигнут. После очередной команды они вновь сошлись, только на этот раз сэмпай (наш сэмпай, понятное дело) никуда не торопился, медленно приближаясь к противнику. Тот тоже не стоял на месте, но так как оба осторожничали, столкновение произошло только через минуту после команды судьи. Удар в предплечье противник пропустил только потому, что растерялся. Это было заметно и это мог подтвердить любой, кто наблюдал за ним в тот момент. Он дернулся блокировать совсем другую атаку, а когда осознал ошибку, просто-напросто замер. И это была победа. Неожиданная и оттого вдвойне приятная.
Пройдя на свое место, сэмпай сел на колени и, сняв маску, с усмешкой произнес:
– Я сейчас вряд ли смогу подняться, кохай, так что ты там потяни время, чтобы я успел успокоиться.
– Вы сегодня герой, сэмпай, для вас – что угодно, – ответил я с поклоном.
Это был самый длинный матч в моей карьере, за который я успел буквально опустить морально своего соперника, попутно доведя его выносливость до нуля. Первый раунд закончился со счетом один – ноль в мою пользу притом, что, дай мне волю, я мог противника раз десять достать. Второй раунд закончился со счетом ноль – ноль, и по итогам двух раундов победу отдали мне.
– Вы как, сэмпай? – спросил я его, вернувшись к команде.
– Норма, – ответил он. – Вроде пришел в себя.
Увы, но в следующем матче команда Акиры разнесла нас в пух и прах, обыграв всухую. Мы с моим вассалом так и не вышли на ринг. Это было хоть и ожидаемо, но все равно обидно. Дважды нас на этом турнире спасло чудо, и подспудно я ожидал чего-то подобного в третий раз. К сожалению, жизнь сложнее, чем хотелось бы.
– Не падай духом, Окава-кун, – попыталась поддержать меня Такаги-сэмпай, – еще остался индивидуальный тур, и уж там-то ты покажешь все величие старшей школы «Кирисаги»!
– Обязательно, Такаги-сан, – улыбнулся я. – Люди еще будут говорить о нашей школе.
И обо мне, что гораздо важнее.
Под индивидуальный тур отводился третий день, и я вместе с группой поддержки в лице Такаги-сэмпай и ее подруги – школьной журналистки провел свои первые матчи. Рассказывать там особо не о чем – выходил на ринг, побеждал с сухим счетом, уходил с ринга. Под конец турнирного дня у меня даже взяла интервью пара журналистов из настоящих спортивных изданий. Малоизвестных, как сказала Такаги-сэмпай, но все же. Она, как выяснилось, после начала проекта «наш клуб кендо – самый великий клуб в мире» прошерстила множество спортивных журналов, так что в теме более-менее разбиралась.
