– Как твой блестящий друг? – с сарказмом спросила Бобби, пока Фло раздавала им ещё шипящие шашлычки.
– Рекс уговаривал меня прийти на следующую встречу Серебряного Круга. Похоже, Дориан перестал убивать диких единорогов, испугавшись, что Нина поймает его на месте преступления. Но я сказала, что всё равно не пойду, – быстро добавила Фло. – Рекс меня прикроет: скажет, что я заболела. Я не доверяю Дориану.
– С каких пор ты стала таким сорванцом, Фло? – улыбнулась уголком рта Бобби. – Пока я расширяла горизонты, ты провела Скандара в Крепость, оседлала дикого единорога, как на каком-то родео, и потом внедрилась тайным агентом к охотникам. А теперь рискуешь оказаться взаперти в Крепости, не желая ходить на встречи! Что стало с той девочкой, которая с ума сходила от беспокойства, когда мы в прошлом году вломились в ту миленькую и совершенно безобидную тюрьму?!
– Ты не видела тех бедных единорогов на арене, Бобби. Это было так жестоко, чистое зло. Я никогда на это не соглашусь.
– Роберта… – Митчелл откашлялся. – Хватит уже говорить «расширять горизонты», а то каким-то спиритуализмом попахивает.
– Расширять горизонты, – нарочно повторила Бобби и показала ему язык. – И что ты со мной сделаешь? Науськаешь Ночь в меня пукнуть?
– Она больше так не делает, – возразил Митчелл.
Скандар невольно улыбнулся, глядя, как они пикируются. Отношения в их квартете определённо налаживались. Хоть что-то.
– Улыбайся, пока можешь, – мрачно прошептал Митчелл. – Пора идти к тайным менялам.
Дерево тайных менял стояло на одной из самых неухоженных улиц столицы. Ведя своих единорогов в тени крон, друзьям приходилось то и дело протискиваться между компаниями друзей, родителей с детьми и пожилых людей со своими единорогами.
Никто из повстречавшихся им здесь не выглядел радостным из-за фестиваля, все лица были осунувшимися и потерянными. И если подумать – разве могло быть иначе? Эти люди лишились домов, средств к существованию, привычной жизни. Убийства диких единорогов привели к стихийным бедствиям, и теперь все пожинали плоды. В груди у Скандара стало горячо от гнева, что все эти мучения – следствие эгоизма и жестокости, потому что Дориан Мэннинг готов пойти на всё, лишь бы на Острове не осталось духовных магов, лишь бы Скандар не собрал армию, которая могла бы отобрать власть у Серебряного Круга. Но глядя на лица всех этих пострадавших из-за магического дисбаланса людей, он невольно всё больше проникался этой идеей – собрать армию.
В отличие от большинства домов в Четырёхточии, под деревом тайных менял не было ничего, что указывало бы на их бизнес. Квартет спешился и оставил своих единорогов под низкими ветками. Приставленная к стволу лестница вела к откровенной развалюхе с гниющими углами и просевшей посередине крышей.
Митчелл едва шагнул к лестнице, когда дверь дома с грохотом распахнулась.
– Пожалуйста! Прошу вас, ещё одно слово! И всё наладится! – раздался молодой мужской голос.
Изнутри ему ответил хриплый бас:
– Твой секрет уместился в пять слов, и пять слов ты получил взамен. Правила есть правила!
– Я вас умоляю!
– Пошёл вон! – прорычал бас, и дверь захлопнулась.
Молодой человек, плача, спустился по лестнице. Заметив смотрящих на него пискунов, он крикнул:
– Не тратьте время! Всё равно обмен нечестный!
Скандар мог лишь гадать, что он так горячо хотел узнать.
– Если они так зациклены на количестве слов, может, стоит расписать наши секреты? – шепнула Бобби Фло.
Та помотала головой:
– Нет смысла. Они просто вычеркнут всё лишнее. И мы не хотим их злить, забыла?
– Как думаешь, тот душка за дверью и есть тот, кто придёт за тобой, если ты скормишь ему ложь? – спросила Бобби Митчелла.
– Идёмте, – бросил Митчелл, проигнорировав её вопрос.
Поднявшись по лестнице, Бобби постучала в дверь и, поморщившись, вытерла оставшуюся на костяшках пальцев грязь.
– Иду-иду. – Дверь открыл тот же ворчун. Он оказался младше, чем Скандар его себе представлял – может, лет пятьдесят, – с неаккуратной бородой и маленькими чёрными глазками. Над его бровью алел свежий шрам.
– К нам Гнездовская мелюзга пожаловала, Мойра! – крикнул он себе за спину. – Прогнать?
В ответ раздался женский голос:
– Гони их в шею, Раф. Они наездники без году неделя – что интересного для нас они могут знать?
Мужчина уже хотел захлопнуть дверь, так ничего им не сказав, но Скандар быстро шагнул вперёд и поднял правую руку к подбородку Рафа. Рукав он закатал заранее, и его духовная мутация сверкнула в свете лампы. Раф, не моргая, уставился на белую прозрачную кожу, а Скандар ещё дополнительно сжал и разжал кулак, чтобы он увидел сокращающиеся вокруг неподвижных костей мускулы и сухожилия.
Раф облизнул потрескавшиеся губы.
– Мне нужна информация, – с нажимом сказал Скандар. – И у меня есть секрет на обмен.
– Тогда заходи, духовный маг, – прохрипел Раф, и квартет последовал за ним в глубь тускло освещённого дома.
