Джейк медленно убрал пулемет. Данилюк, Стефания, Валерий и Джульбарс несколько минут неотрывно глядели на кипящую воронку.
Оттуда ничего не появлялось.
– Ну… похоже, что все, – произнес Данилюк, опускаясь вниз. – Кажется, мы закончили.
По-хорошему, ему следовало посочувствовать Наместнику Храма. Но Данилюк не был с ним даже знаком и ничего о нем не знал, так что особо горевать не получалось. Сам бы он, конечно, так не поступил, никого вместо себя в бхавачакру не отправил, но Стефанию совесть явно не мучила.
Зато ее мучил страх. Трясясь всем телом, чертовка шептала:
– Мне конец… Теперь мне точно конец…
– Может, пронесет? – спросил Данилюк, чувствуя себя виноватым теперь уже перед ней.
– Не знаю, – безучастным голосом сказала Стефания. – Доложу уж сразу.
Слабеющей рукой она кое-как высветила пантакль и пробормотала:
– Ваша темность, это Стефания вас беспокоит, помните?..
Гаап с той стороны что-то негромко ответил. Стефания жалобно залепетала, рассказывая о том, что случилось. Врать и приукрашивать она даже не пыталась – уж верно Князь Тьмы бы это распознал.
Гаапу услышанное не понравилось. Мягко говоря. По мере того как он уточнял подробности, его голос становился все громче и громче, пока не превратился в закладывающий уши рев.
– Ты… пожертвовала… купленной душой… чтобы уничтожить то, что я хотел себе?!! – прогремело из пантакля. – Я знал, что нельзя было тебе такое поручать! Ты чертовка второго ранга, это не твой уровень! Твой уровень – подтирать задницы старикам!
– Простите меня, великий Гаап! – в ужасе пропищала Стефания.
– Возвращайся немедленно! – прошипел Гаап и отключился.
Стефания заплакала.
Возвращаться в Ад Стефания не хотела. Рыдала и тряслась от страха, боясь гнева Гаапа.
Но вариантов у нее не было. Если не вернуться, если податься в бега – это всю жизнь оглядываться. Ад дезертирства не прощает.
А так… может, и в самом деле еще пронесет.
– Может, у меня погостишь пока? – предложил Данилюк.
– Нет, – хмуро отказалась чертовка. – Лучше сразу. Иначе меня еще и за опоздание взгреют.
Валерия и Джейка высадили прямо в Диюе. Джейк подарил всем на прощанье по аптечке и телепортировался к себе в Аркадиану. Валерий же двинул в «Райские Врата» – слегка снять напряжение.
Данилюк предложил остаться в Загробье и Джульбарсу, но пес глянул на него с явным недоумением.
– Ну… ладно… – почесал в затылке Данилюк. – Поехали со мной. Только выгуливать я тебя не буду.
И снова было Лимбо, и снова был Ад. Стефания держала Данилюка за руку. Ему пришлось буквально выносить ее из машины – ноги у чертовки подкашивались, хвост обвис, а в глазах стояла тоска.
И неудивительно. В Аду ее уже встречали.
То был инфернарий-страж. Тоже демон второго ранга, но совсем не похожий на Стефанию… да и вообще на черта. Эта груда камня и плоти напоминала адского боевого робота.
– Стефания Дель Морго, – отчеканил он. – Ты Арестована. Следуй За Мной.
Не дожидаясь ее ответа, не реагируя на вопли и протесты, чудовище схватило Стефанию за голову и поволокло по земле.
Данилюк, понятно, запротестовал, потребовал предъявить ордер… но инфернарий даже не ответил. И было очевидно, что, если Данилюк полезет в драку, его раздавят, как комара.
Похоже, Гаап здорово разозлился.
Но самого Данилюка никто не тронул. То ли Князю Тьмы нет дела до какого-то призрака, то ли на это он не имеет права.
Разумеется, Данилюк не собирался так это оставлять. Он вернулся в машину и полетел следом за инфернарием… правда, летел недолго. Адский блюститель закона уже через пару минут скрылся в пылающей арке, утащив орущую Стефанию. Данилюк ринулся было следом, но портал сомкнулся перед самым его носом.
– Блин, – только и сказал Данилюк.
Вокруг продолжалась обычная адская жизнь. Шли по своим делам черти, бесы и дьяволы. В небольшом огненном озере клокотала лава. Над ней порхал маленький жирный демон, похожий на рогатого купидончика. Он достал из-под мышки что-то вроде свернутого коврика, оказавшегося чьей-то душой, развернул и принялся лениво стирать в лаве.
Судя по истошному ору, грешнику процесс не нравился.
Размышляя, кем бы мог быть этот бедняга и за что его так наказали, Данилюк достал смартфон и набрал Стефанию. Назвал ее имя и Слово Вызова, подождал… но получил только гудки.
Неудивительно, конечно.
Тогда Данилюк отправился в Дит. Не без труда прорвался через Гериона, битый час сидел в очереди, но в конце концов добился приема у инспектора Небироса. Обгладывая слоновью ногу, двадцатиметровый черт мрачно выслушал его и сказал, что уже в курсе. Но сделать ничего не может – руки связаны.
– Ты меня пойми – я бы с удовольствием, – рыкнул Небирос, отводя взгляд. – Мне эта егозливая козявка – ровно дочь родная. Привязался я к ней почему-то… у чертей тоже симпатии бывают. Но тут уже не мой уровень. Приказ отдан самым высоким начальством – а мне против него идти не резон. Пытался однажды я спорить с Вельзевулом – так мне двести лет уж икается. Еще и кара Гаапа мне совсем ни к чему, даже не проси.
– Услышал вас, – ровным голосом сказал Данилюк. – Ну а хоть повидать-то я ее могу?
