Я выглянул из-за своего укрытия и увидел, что с двух сторон ко мне, пригнувшись, быстро приближаются две фигуры. Ну, это же совсем другое дело! Биться, так биться! Сражаться, так сражаться! Я, полу контуженный и почти ничего не соображающий, но полный ярости и отваги, смело выскочил из-за камня и открыл непрерывный, веерный ураганный огонь. Одна из фигур споткнулась, упала на землю, другая залегла и продолжала стрелять. Сразу несколько пуль ударили меня в грудь, одна попала в каску. Я охнул от жуткой боли, упал, но сознание не потерял. Голова гудела, как самый большой колокол в мире. Из носа текла кровь. Ну, ничего, ничего, главное, что жив.
— Как ты там? — раздался чуть слышный голос Лешего.
— Говори громче! — заорал я.
— Да что ты так кричишь?
— Я контужен!
— Хорошо, хорошо! Тихо, тихо. Без паники. Ну, и как дела?
— Меня тоже атаковали, — понизил я голос. — Одного я свалил, второй залёг. Получил я несколько пуль в грудь и одну в каску. Бронежилет и каска оказались на высоте. Спасибо тебе.
— Не меня надо благодарить, а тех ребят, которые изготовили эти вещи, а особенно тех, которые успешно их свистнули у первых пацанов.
— Я смотрю, ты чувство юмора не теряешь.
— А как же без него!? Я кстати тоже одного из атакующих свалил, но перед этим получил пулю в живот. Если бы она угодила на несколько сантиметров ниже, то… Мой бронежилет оказался также на высоте. Второй боец залёг за бассейном. Затаился. Выжидает, сволочь. Эх, жалко стрелять в бассейн, он такой классной плиткой обложен. Розовый мрамор. Специальный заказ.
— Ну, нашёл о чём жалеть, — тихонько рассмеялся я.
За домом раздался очередной взрыв.
— Леший, ты жив?
— Жив, жив. Да сколько же у них гранат?
— А мой последний противник поднялся с земли и медленно приближается ко мне, — понизил я голос до слабого шёпота. — Возможно, это некий Шеф. Так его назвал один из бойцов.
— Чёрт возьми, это, скорее всего сам Росомаха! Будь крайне осторожен! Затаись! — громко прошептал Леший.
— Я сейчас лежу неподвижно, автомат в правой руке, левая почему-то не работает, онемела. Я не знаю, сколько патронов осталось в магазине. Перед этим я сильно его опустошил, — прошептал я. — Перезарядиться не смогу в любом случае.
— Держись, парень, крепись.
— Ну, что же, не поминай лихом, если погибну на поле брани. Был рад знакомству с тобой. Эх, не ожидал такого конца. Прощай вожделенный домик на берегу самого Чёрного моря. Прощай ещё не встреченная мною шикарная натуральная блондинка. Прощайте не рождённые дети, так и не приобретённые собаки и кошка. Прощайте все и всё навеки вечные.
— Что за пессимизм такой! Не говори глупостей! Держись! Не дёргайся, не подавай признаков жизни, — снова громким шёпотом произнёс Леший. — Подпусти бойца поближе, замри, притворись мёртвым и когда он приблизится, попытайся его подстрелить.
— Совет очень ценный и своевременный, но всё-таки, остались ли в магазине патроны? Вот в чём вопрос.
— Кстати, у тебя же есть пистолет!
— Ха! Он, увы, в кобуре под бронежилетом. Доставать его сейчас, а значит двигаться, — верная смерть.
— Что же ты кобуру не пристегнул к наружному ремню? — возмутился Леший. — Идиот, засранец!
— Да, согласен. Критику полностью и всецело принимаю, страшно виноват, — вздохнул я. — С сего момента замолкаю.
— Ладно. Удачи тебе. Помог бы, но у меня та же проблема, что и у тебя. К беседке осторожно приближается последний противник. Хочет проверить, мёртв ли я или ещё жив. Я некоторое время не отвечал на его выстрелы. Вот такая ситуация. Ну, с Богом! Всё, пока храним молчание.
— Хорошо.
Между тем Росомаха, или кто-то другой медленно подходил ко мне, внимательно рассматривая меня и прилегающую местность вокруг. Это я определил по тому, как боец крутил головой в разные стороны. Видимо он допускал, что бой я вёл не в одиночку. Я лежал неподвижно и, затаив дыхание, до тех пор, пока злодей не подошёл ко мне метров на пять ближе. Боже, ну сделай так, чтобы в магазине остался хотя бы один патрон! Боже, верую в тебя истово и страстно, и имя твоё буду славить, пока я жив! О, Боже, Создатель мой! Спаси, помоги и сохрани! Аминь…
Я подождал очередного поворота головы противника в сторону, резко приподнялся, одновременно из последних сил вскинув правой рукой автомат, и нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел! Всего один. О, чудо! Противник дико закричал, выпустил из рук оружие, схватился за нижнюю часть живота, упал и забился в конвульсиях. Свершилось! Спасибо, Господи! Аллилуйя! Храни и оберегай меня и впредь! Верую в тебя с сего момента искренне, безоговорочно и страстно! Аминь, аминь, аминь!
Я облегчённо откинулся на землю и стал счастливо смотреть в мрачное чёрное небо, покрытое непроницаемыми для света тяжёлыми тучами, в котором не было ни Луны, ни звёзд. В это время за домом раздалась длинная автоматная очередь, а потом наступила блаженная тишина. Я тяжело приподнялся и с тревогой спросил:
— Леший, ты меня слышишь? Ты жив?
