— Холодильник, полный не только мороза, но и всяческой снеди, перед тобой, моя маленькая волчица, — буркнул Леший. — Организуй что-нибудь пожевать.
— А вы, я вижу, вместо утреннего чая или кофе употребляете коньяк? Ну, сколько можно, мальчики!? — возмутилась Барбара. — Во всём должна быть мера.
— Да вот обмываем новый мотоцикл нашего дорогого и уважаемого гостя, — ухмыльнулся Леший. — Ты всё дрыхнешь, не зная меры, а мы с раннего утра уже на ногах.
— Поздравляю с приобретением, — женщина подошла ко мне, томно обняла и поцеловала в щёку, отчего я неожиданно зарделся и слегка вспотел. — Я, честно говоря, не любительница всяких там самокатов, велосипедов и мотоциклов, но с вами, господин Призрак, могу за кампанию и прокатиться на железном коне. Чувствую, что ощущения будут непередаваемыми.
— Обещаю вам это, моя прекрасная госпожа, — я попытался продлить волшебный поцелуй, но Барбара легко и ловко выскользнула из моих рук.
— Так, хватит лобзаний и пустых разговоров! — Леший с огромным сожалением посмотрел на почти пустую бутылку из-под божественного напитка. — Пора переходить к трапезе. Я тоже голоден, как лев после повторной неудачной охоты на антилопу.
— О, как образно! — захлопала в ладоши женщина и обратила смеющийся взгляд на меня. — А насколько голоден наш бесстрашный покоритель дорог? Ну-ка, ну-ка!
— Я голоден, как тигр перед охотой на волчицу!
— А она будет удачной?
— Обещает быть таковой! Ведь волчица довольно сильно ослабла, бродя по стылому и заснеженному лесу.
— Вот как? — Барбара задумчиво и оценивающе посмотрела на меня и улыбнулась. — Ту ли добычу выбрал тигр? Может быть, ему стоит подумать о каких-нибудь диких козах? Те немного крупнее, сытнее и не окажут никакого сопротивления.
— Ну, некоторое сопротивление пойдёт тигру только на пользу, взбодрит его и согреет.
— Вообще-то тигры предпочитают питаться кабанихами, то есть дикими свиньями, — проворчал Леший. — Так мы будем завтракать или нет? Доченька, посмотри-ка, не залежалась ли в морозильнике бутылочка самогона?
— Папа!
— Что папа?! Я весь на нервах! Был…
— Да, кстати, — подозрительно нахмурилась Барбара. — Вернёмся к началу разговора. О чём же вы здесь спорили? Я услышала только окончание вашей перебранки на каком-то иностранном языке. И что же это за язык?
— Ну, у, у…
— Э, э, э…
— А вообще-то меня интересует не так это, как несколько иное, — сухо произнесла Барбара.
— И что же, доченька?
— Мне очень и очень интересно, почему вы оба им, этим странным языком, владеете!? — женщина подошла к отцу вплотную и пристально посмотрела ему в глаза.
— Ну что тут такого необычного? — засуетился тот и быстро направился к холодильнику.
— Действительно, — встрял я в разговор. — На планете существует масса людей, которые знают два, три, а то и больше языков. Ну, вот ты, например…
— Речь сейчас идёт не обо мне! — нервно перебила меня женщина. — Я говорю о вас двоих. Язык какой-то очень необычный, как мне кажется редкий. Где-то я слышала его, не могу вспомнить, где и когда.
— Доченька, да не напрягайся ты так, — Леший возвращался от холодильника с умиротворённым и довольным лицом, неся с собой запотевшую бутылку с чуть мутноватой жидкостью и банку с солёными грибами.
— Так, Призрак, а ну-ка чётко ответь мне на конкретный вопрос: «На каком языке вы недавно разговаривали!?», — спросила женщина, строго глядя на меня.
— Э, э, э… На чешском! — ляпнул я, памятуя, что мать Барбары была по словам Лешего полькой. — Группа славянских языков. Похож на польский.
— Не совсем, не совсем… И где же, и зачем и почему вы оба его вдруг выучили? — подозрительно спросила женщина.
— Доченька, успокойся! Я тебе всего не рассказывал о моей прошлой жизни, — быстро вмешался Леший. — Мы с Призраком не просто друзья. Мы с ним боевые товарищи, вернее, коллеги. Вернее, были ими когда-то.
— Вот как? И где же вы, бывшие боевые товарищи и коллеги вместе воевали? — усмехнулась женщина. — Как-то явно не подходите вы друг другу по возрасту.
— Почему же не подходим, — хмыкнул старик. — Ведь один агент может быть обычным стариком, а другой — юношей, его любимым внуком. Оба мы, якобы, являлись политическими беженцами из бывшей социалистической Чехословакии. Существовала у нас такая весьма неплохая и правдоподобная легенда.
— Агенты, агенты… — удивлённо пробормотала Барбара. — Если вы были агентами, то это означает, что вы выполняли какие-то шпионские задания? Так вы вместе воевали или всё-таки являлись шпионами?
— Мы и воевали и шпионили, — уверенно произнёс я, а потом перешёл на таинственный шёпот и со значением почему-то посмотрел в потолок. — Осторожность и ещё раз осторожность. Призраки прошлого, могучие и злобные фантомы бродят вокруг.
— Так недавние нападения на вас и на всех нас явились отголоском прежних событий, произошедших с вами во время шпионской деятельности? — глаза женщины сначала округлились от изумления, а потом сузились от тревоги, переживаний и попытки глубокого осмысления информации, полученной от нас с Лешим. — А я-то всё думала, почему это вы зовёте друг друга по кличкам.
