Чарли никак не удавалось отвести взгляд от черепа: он пытался, но тщетно. А затем в ушах у мальчика зазвучал низкий голос, который нараспев произносил какое-то заклинание на непонятном языке, и еще он услышал постукивание и скрип мела по камню и шуршание старикова балахона.
Внезапно старик повернул голову и взглянул Чарли прямо в глаза.
Мальчик ахнул и поспешно перевернул картинку. С улицы донесся шум автомобиля, притормозившего у крыльца, а затем мамин голос. Потом послышался еще один голос, мужской, и мама серебристо рассмеялась в ответ. А смеялась она теперь редко.
Кто это, интересно знать, и чем он ее так рассмешил?
Когда мама вошла в кухню, перед глазами у Чарли все еще стояло торжествующее лицо старика в черном и его сверлящий взор.
– Чарли, что с тобой? – быстро спросила мама. – Ты такой бледный!
– Я… э-э-э… – Пальцы Чарли легли на темную рамку картины, и он понял, что не в состоянии объяснить происшедшее. Тем более что сейчас его беспокоило другое. – А где ты была? – Он услышал в собственном голосе противные плачущие нотки, но поделать с собой ничего не мог.
– Смотрела «Чудесную чечетку». Мы хотели взять тебя с собой, но ты где-то бегал, сынок.
– Мы? – обиженно спросил Чарли. – Кто это «мы»?
– Боб Дэвис и я, – ласково улыбнулась мама. – Он купил три билета на мюзикл, рассчитывал и на тебя тоже. Но я же не могла обидеть его и не пойти только потому, что ты не пошел.
– Какой-такой Боб Дэвис? – Плачущие интонации в голосе никуда не делись, Чарли был бессилен.
– Чарли, милый, да что на тебя нашло? – Мама придвинула себе стул и села рядом с сыном. – Просто мой знакомый, очень славный человек, он хотел нас развлечь и вывести в театр. Почему ты надулся?
Чарли сделалось стыдно.
– Извини, мам, – промямлил он, – просто со мной только что случилось нечто странное. Вот, тетушки оставили картинку. – Он кивнул на темную рамку, к которой даже прикасаться теперь и то не хотелось.
Мама покрутила картинку в руках, всмотрелась повнимательнее и прочла подпись в нижнем углу:
– Она называется «Чародей». Чарли и не заметил подписи.
– По-моему, тут какой-то фокус или ловушка, – заявил он.
– Что за фокус, сынок?
– Пока сам не понимаю, – пожал плечами Чарли, отводя взгляд от картины.
– Знаешь что, – предложила мама, – я сейчас сбегаю к себе, переоденусь, и мы с тобой попьем чайку, идет?
– Идет, – грустно согласился Чарли. Можно подумать, какой-то чай поможет забыть о сверкающих глазах седого колдуна!
Мама тем временем расстегивала пальто, и Чарли заметил, что на ней очень нарядное платье, расшитое стеклярусом.
– Мам, я хотел тебе сказать, что папа, возможно…
Она резко обернулась:
– Что?
– Возможно, жив.
– Чарли, ну что ты, солнышко! Конечно, он давно умер. – Мама быстро чмокнула его в щеку и умчалась переодеваться. На этот раз она говорила о папе вовсе не так печально, как обычно. И вообще повеселела. Чарли забеспокоился.
Не успела мама исчезнуть, как в кухню заглянул дядя Патон с горящей свечкой.
– Как-то мне не по себе, – сказал он, красноречиво кивнув на новую лампочку. – Не возражаешь, если я выключу свет?
Чарли рассеянно кивнул, и дядя в полутьме, озаряемой свечой, прошествовал к холодильнику, достал оттуда ветчину и помидоры, водрузил все на стол вместе с подсвечником. Он уже хотел было приняться за свою вечернюю трапезу, но заметил темную рамку картины и отложил нож и вилку.
– Надеюсь, это не то, о чем я подумал, – мрачно сказал он.
– А что это, по-вашему? – Тон дяди насторожил Чарли.
– У меня есть серьезнейшие опасения, что это, скорее всего… – Дядя перевернул картинку, поглядел на нее. – Да, так оно и есть. Полагаю, ее подложили мои драгоценные сестрицы.
– Это тоже родственник? – обреченно спросил Чарли.
– Именно. Его звали Скорпио, и был он могущественным чародеем, – объяснил дядя.
– Дядя, но я думал, что мой… этот, как его… дар, – тщательно подбирая слова, произнес Чарли, – действует только на фотографии!
Дядя уставился на него во все глаза.
– То есть ты хочешь сказать, что слышал?.. – Он кивнул на картинку с колдуном. – Он с тобой разговаривал?
– Не совсем, – уточнил Чарли. – Я слышал его голос и еще кое-какие звуки, и…
– Чарли! – Дядя резко положил картинку на стол изображением вниз. – Надеюсь, внутрь ты не входил?
– Внутрь? – ошалел Чарли. – Это как – внутрь? Я просто смотрел на нее, а он, чародей то есть, как обернется да как вылупится на меня!
Дядя оглядел Чарли со смесью ужаса и озабоченности.
– Тогда Скорпио тебя увидел, – похоронным голосом определил он.
В ушах у Чарли завыл ледяной ветер, и забряцали ржавые цепи, и заскрипел по каменным плитам пола мел, и нараспев затянул свои заклинания чародей Скорпио.
Некоторое время Чарли с дядей глядели друг на друга в полнейшем молчании. Затем дядя подсел к столу и сокрушенно произнес:
– Жаль, что я не узнал об этом раньше. Но, Чарли, честно тебе скажу, я только сейчас понял, как далеко заходит твое дарование.
– О чем вы? – Чарли еле удержался, чтобы не тряхнуть головой. В ушах у него все еще звучал монотонный напев колдуна.
