Меркурьев понял, что дело плохо. Он уже почти поверил, что Фридрих Бессель в джинсах и клетчатой рубахе сидит с ним рядом возле камина. А в это никак нельзя было верить! Одна возможность этого обращала в прах всё, что Меркурьев знал ранее, во что верил и на что полагался.
Есть законы — ясные и понятные физические законы, по которым живёт мир. Согласно этим законам из могилы нельзя восстать, из прошлого нельзя явиться, с покойником нельзя поговорить.
Эти законы объясняют не всё.
По большому счёту они объясняют совсем немногое — только видимую часть мира, — но они существуют, и в них верить легко и просто. Они описывают некую модель мира, гораздо более примитивную, чем реальность, но ведь описывают же худо-бедно!.. Наплевать на эти законы — значит признаться, что о мире неизвестно вообще ничего, ровным счётом ничего!
Василий Васильевич был не готов к этому.
Ему хотелось, чтобы всё это оказалось сном.
Он спит, за окном бушует буря, и ему снится сон — отчетливый, как 3D-фильм, который не может смотреть Мура, потому что у неё не развит мозг!..
Или развит неправильно.
— Хорошо, — громко сказал он. — Пусть так. Кант явился, и вы за ним. Что я должен сделать, чтобы, как вы говорите, эта точка в пространстве не утратилась? Дом продаётся, рано или поздно его кто-нибудь купит и снесёт. Не сейчас, так через год.
— Видите ли, в чём дело, — произнес Бессель вкрадчиво. — Мы не даём никаких заданий. Мы можем дать совет, но никак не задание.
— Хорошо! — рявкнул Василий Васильевич. — Дайте мне совет!
— Найдите изумруд и девушку, — сказал Бессель. — Вот вам мой совет.
— Изумруд украл тот, кто убил Ивана?
— Не знаю, — пожал плечами Бессель. — Не интересуюсь.
— Тогда при чём здесь изумруд?
— Ну-у-у, сами разберётесь.
— А девушка? Куда она делась? Где её искать?
Бессель засмеялся.
— Смотря какая девушка имеется в виду!
— Кристина? — уточнил Василий Васильевич.
Бессель поднялся.
— А вашей подруге передайте, что с её силой нужно быть осторожнее. Она вызывает такое возмущение поля, что его трудно сдерживать. Присмотрите за ней. Она очень сильна, но не слишком умеет с этой силой управляться.
— За Мурой присмотреть?!
— Подложили бы вы еще полено, — посоветовал Бессель. — Смотрите, почти все прогорело.
Василий Васильевич сбросил на кресло одеяло, подкинул полено в камин и пошевелил угли кочергой, чтоб ярче горели.
— Ладно, — сказал он, вешая кочергу на крюк. — Допустим, я вам верю. Допустим, здесь происходит нечто таинственное и непонятное. Но всё же кто вы?…
Он повернулся.
Никого не было в кресле возле круглого столика. И одеяла не было, исчезло вместе с гостем.
— Хороши весной в саду цветочки, — пропел Василий Васильевич задумчиво. — Ещё лучше девушки весной!..
Он вернулся на кровать, лёг и закинул руку за голову.
Да нет, не было здесь никакого Фридриха Бесселя, умершего в тысяча восемьсот сорок шестом году, директора Кёнигсбергской обсерватории!..
Или был?…
Или ему, Меркурьеву, всё-таки приснился 3D-сон?!
Огонь — Василий Васильевич приподнялся и посмотрел — весело пылал в камине. Одеяло пропало неизвестно куда. Хорошо хоть в комнате тепло!..
Время может быть трёхмерным? Вообще этот фактор математически не описан, так что рассуждать не о чем. Не может, и всё тут.
А если может, и на самом деле можно попасть из любой точки в любую точку, если знать координаты? Бессель занимался навигационной астрономией, предположим, есть и навигационное времяпередвижение?
Господи, какая ерунда, какая глупость…
Но Бессель был здесь, в этой комнате. И не нужно убеждать себя, что его не было — он сидел в кресле и качал ногой в тапке, как самый обычный человек.
Но он давно умер!.. Даже его могила потерялась. И теперь все горожане бегают и ищут её…
Василий Васильевич проснулся, вскочил и стал оглядываться по сторонам.
За окном шёл дождь, стёкла были залиты неровными струями. В камине дотлевало полено, светилось ровным спокойным светом. Книжка о Ходже Насреддине лежала рядом на постели. Василий Васильевич схватил её и почитал немного.
Осторожно положил книгу и покосился на кресло.
Никого.
Он с шумом выдохнул.
Ну, значит, сон. Однако какой подробный, затейливый, удивительный сон!..
Огонь в камине наверняка зажёгся потому, что у Виктора Захаровича придумана система поджига. Наверняка! Вообще с ним нужно поговорить — у него в доме и столы вертятся, и свечи гаснут, и огонь зажигается сам по себе! Кто-то всё это придумывает, причём неплохо, какой-то дельный инженер!..
Меркурьев встал, сунул ноги в шлёпанцы и открыл балкон.
Шум дождя, запах сырости и моря ворвались в комнату. Буря под утро улеглась, а дождь всё шёл, мелкий, торопливый. Под балконом от дождя шуршали листья.
Как было холодно ночью, подумал Василий Васильевич. И как меня спас огонь!
Тут что-то словно стукнуло его в темечко. Он охнул и повернулся.
Одело пропало! Его забрал Бессель!
Меркурьев подбежал к креслам — никакого одеяла. Он переворошил постель — книжка о похождениях Ходжи Насреддина полетела на пол.
Одеяла не было.
Меркурьев выскочил на балкон, под дождь, и заглянул вниз.
