Ладно, тут я уж слишком удалился от темы, хотя, в общем-то, намеренно. Есть на то причина: Биссел, которого я готов был бы почесть за идеал (если бы не животик, но все равно он чертовски хороший босс), сегодня утром вызвал меня из Эпицентра в свой корпус «К» и вручил адресованное ему послание от Эдгара Гувера.
* * *В недавней беседе с несколькими друзьями Джанкана заявил, что Фидель Кастро будет устранен в самое ближайшее время. Когда в ответ на это заявление было выражено сомнение, Джанкана заверил присутствующих, что убийство Кастро произойдет в ноябре. Более того, он якобы указал, что уже трижды встречался с будущим исполнителем. Джанкана утверждал, что для ликвидации Кастро все уже готово и что упомянутый исполнитель приказал некой девушке (о ней — ничего более) подсыпать порошок в пищу или питье Кастро.
Биссел посмотрел на меня и спросил: «Ну, Кэл, каким образом мистер Гувер добыл эту информацию?»
Сын, оказавшись в подобной ситуации — рано или поздно это случается с каждым из нас, — начни с перебора всех, кто был в курсе. Это дает время подумать, а заодно и вычленить вероятные варианты. Я начал с директора — Биссел злобно зыркнул в мою сторону. «Директор, — сказал он, — к этому никак не причастен. Начинай с меня».
Я не стал спорить. После него шел я. Тоже отпадает. За мной — Шеффилд Эдварде — туда же. За ним Везунчик Бэрнс. Он, правда, бывший фэбээровец, но все же заслуживает поруки. К тому же он и не был в «Фонтенбло».
«Твой сын, — сказал Биссел, — вот где у нас уязвимое место. Но я готов принять твои слова на веру. Можешь ты за него поручиться на сто процентов?»
«Дассэр, — ответил я. — На все сто. Абсолютно надежный молодой человек». (При этом я промолчал, что гипербола — наш фамильный грешок.)
Остался Мэю и наши три итальянца.
«Я не вижу смысла для Мэю вести двойную игру с нами, — заметил Биссел. — Это может подсластить его будущие контакты с бюро, но он слишком много теряет тут, если это дело не выгорит».
«Абсолютно с вами согласен», — сказал я.
«А Розелли искренне желает получить гражданство?»
«Мэю клянется, что да».
Осталось двое — Джанкана и Траффиканте. Мы условились, что я увижусь с Мэю и мы детально перемоем им кости.
Самое главное во всем этом — насколько действительно осведомлен Гувер? Тезис Биссела таков: пока ФБР не прознало о нашем контакте с Джанканой, меморандум Гувера для нас не опасен. Но почему тогда Гувер решил поделиться своим уловом с управлением? Знает ли он что-нибудь еще или просто хочет навести нас на мысль, что это так?
